О границах Кабарды и Балкарии: комментарий о «Кодзоковской комиссии»
Древнейшие тюркоязычные предки карачаево-балкарцев проникли и осели на Кавказе еще в IV тыс. до н.э., в период распространения здесь древней курганной культуры.
Так называемая «майкопская культура» середины III тыс. является исключительно только курганной. На раннем этапе развития она сохраняла все без исключения атрибуты степного погребального обряда. На более позднем этапе курганная культура вобрала в себя некоторые черты кавказского облика, особенно это относится к обрамлению погребальной подкурганной могилы. О том, что карачаево-балкарцы являются древнейшим кавказским народом, свидетельствуют и их антропологические данные. Несомненно, что балкарцы и карачаевцы являются «классическими представителями кавкассионского типа», тогда как кабардинцы представляют собой «припонтийский тип Причерноморья».
Древнейшее расселение карачаево-балкарцев на нынешней территории подтверждается массой письменных источников:
- во II-I вв. до н.э. горы Кавказа в армянских источниках названы «землей болгар»;
- в VI в. н.э. Прокопий Киссарийский писал, что Дарьяльским проходом (следовательно, и окрестностями - И.М.) владели предки болгар - гунны;
- «Армянская география» VII в., ссылаясь на сообщения авторов III в., говорит о проживании на Кубани и южнее четырех болгарских племен - предков карачаево-балкарцев;
- VI-VII вв. - на Кубани и в окрестностях Кисловодска складывается государство «Великая Болгария» - держава Кубрата;
- в VIII-XII вв. на территории Кабардино-Балкарии у сел. Лашкута, Нижний Чегем, Аргудан, на р. Малке, в местности Кешене-аллы, у с. Верхний Чегем, на городище Нижний Джулат у г. Майский и в других районах фиксируются многие болгарские памятники - поселения, могильники и надписи;
- в IV-VIII вв. - весь Северный Кавказ покрывается массой памятников аланских племен - ведущего компонента в процессе происхождения карачаево-балкарцев. Здесь образовывается государство Алания.
О том, что балкарцы являются коренными и первоначальными жителями Центрального Предкавказья, что они формировались как этнос именно в этих районах, свидетельствует и масса топо-гидронимов, являющихся, по общему признанию ученых, этническим паспортом народа (Ж. Дюмезиль).
Десятки сохранившихся названий местностей в нынешней Кабардино-Балкарии и на всем Северном Кавказе, зафиксированные в трудах путешественников и документах «Русско-кабардинских отношений XVI-XVII вв.», имеют исключительно карачаево-балкарское толкование и по сей день бытуют в речи балкарцев как обыденные слова.
Многие авторитетные археологи в один голос утверждают, что распространение кабардинских курганов на Северном Кавказе - основных аргументов расселения адыгов - началось лишь в конце XIV - нач. XV вв., после походов тимуровских полчищ по Северному Кавказу. Картографирование кабардинских курганов четко определяет южные границы расселения кабардинцев в XIV-XVII вв. по линии Каменномостское - Заюково - Лячинкая – Псыгансу - Урух и т.д. Археологи убеждены, что «максимальное расселение кабардинцев приходится на XV - нач. XVI вв.», «кабардинские курганы совершенно неизвестны в горах», «до сих пор неизвестно ни одного поселения кабардинцев XIV-XVII вв. по всей территории распространения кабардинских курганов». Разве можно игнорировать такие факты? Наиболее объективные ученые этого не делали (В. Кудашев. С. 5-10).
По линии распространения кабардинских курганов строил оборонительные сооружения Кавказской линии и генерал Ермолов. Именно за эту линию в горы он запрещал заходить кабардинцам, так как эти земли были неподвластны России. Примерно эту же линию определяют как границу Кабарды Хан-Гирей, Е.Н. Кушева, В.К. Гарданов и многие др.
К сожалению, многие авторы, пытаясь извлечь из этого политические дивиденды, по сей день неустанно вводят в заблуждение несведущие массы кабардинского народа, преднамеренно извращая суть всего-навсего проекта устройства поземельных владений Кабарды и Балкарии, предпринятого Л.Кодзоковым в 1863 г. На самом деле это был один из множества неосуществленных прожектов, который, как и всякий другой проект, оторванный от реальности, не получил поддержки ни в Нальчикской, ни в Терской, ни в Царской администрации и мирно почил на пыльных полках архива. Однако спустя почти полтора века, вытащив этот мертворожденный акт на свет, некоторые ученые и общественные деятели вновь пытаются вдохнуть в него жизнь. Попытки их тщетны, история рано или поздно карает за лукавство.
Комиссия Кодзокова состояла из пяти русских военных чиновников: подполковника Затрапезного, майора Красицкого, капитана Масловского, поручика Баева, подпоручика Звольского. При этом совершенно непонятно, что заставило некоторых авторов объявить Баева представителем балкарцев. Нельзя же явный вымысел выдавать за реальность!
Кодзоков настаивал на том, чтобы определить границу между Кабардой и Балкарией чуть ли не по линии оснований снежных вершин: от впадения pp. Камык, Герхожан в Баксан, далее через Холам до впадения р. Карасуу в Черек и т.д.
Аргументы Кодзокова:
В очерченных границах якобы находятся «известные памятники и могильники кабардинских аулов»;
указанные границы могли появляться вследствие той силы и того преимущества, которыми они (кабардинцы) некогда пользовались над горскими обществами.
Балкарцы настаивали на своих границах примерно по линии, где река Асыгансу впадает в Черек, далее от впадения реки Хаюка в Баксан и по высотам Хаймаши.
Аргументы балкарцев:
«с водворения русского правительства на Кавказе горские общества не имели с Кабардой определенных границ и горцы не встречали препятствия постоянно пользоваться пастбищами даже ниже поселений кабардинских аулов»;
«землями ниже кабардинских поселений балкарцы владели до пришествия в край кабардинцев и в последующее время пользовались ими без платы, так как границ с Кабардой не имели».
Проанализировав эти утверждения, нетрудно понять, что «аргументы» Кодзокова о «памятниках и могильниках» ни один серьезный исследователь древности Кабарды не воспримет, ибо ничем подтвердить их не сможет. Эти аргументы существовали лишь в воображении самого Кодзокова. Аргументы балкарцев подкрепляются всеми выше приведенными материалами.
Вот как оценивали проект Л. Кодзокова тогдашние власти:
«будто бы когда-то существовавшие границы были определены личным произволом Председателя комиссии (Кодзокова - прим. ред.) и создались, конечно, в его воображении, потому что в основание этого определения не положено никаких данных»;
«все документы, представленные в комиссию кабардинцами на право частной собственности в полосе земель, проектируемых к прирезке горским обществом, а равно и в Большой Кабарде, в силу Акта кабардинских депутатов от 20 августа 1863 г., не имеют никакого значения».
И даже сам Лорис-Меликов (покровитель всех действий Кодзокова) писал: «При этом считаю долгом заявить, что во всяком случае границу придется назначить властью административною, потому что требования как кабардинцев, так и горцев до того преувеличены, что к согласию их взаимных претензий не представляется никакой возможности».
Слова Лорис-Меликова мне представляются пророческими. При нынешних политически и межнационально обостренных отношениях вряд ли есть возможность спокойно и непредвзято решить старые пограничные споры между Кабардой и Балкарией. Для мирного разрешения ныне сложившейся ситуации необходимо отказаться от взаимных амбиций и в русле действующего российского законодательства четко определить обычные административные границы между существующими компактно заселенными кабардинцами и балкарцами селениями. Кроме того, считаю необходимым оградить современную политику от проникновения в нее частных научных споров, ибо ее нельзя рассматривать как явление, опрокинутое в прошлое. Сегодня как никогда очевидно, что есть прямая необходимость перевернуть предыдущую страницу нашей истории, и исходя из опыта цивилизованных стран, на правовой основе, раз и навсегда решить эту проблему, дабы не оставить нашим потомкам тлеющих очагов межнациональных конфликтов.