Н-М. Лайпан

 

Истоки ущербного сознания или новые горизонты в российском кавказоведении Заремы Кипкеевой
(по поводу одного кабардинского демарша или по следам набега в диссертационный Совет Ставропольского Государственного Университета)

Стало навязчивой «традицией» кабардинских (адыгских) авторов в выступлениях карачаевцев и балкарцев, их книгах, диссертациях искать ущербные страницы о своем этносе. Не потому ли (вопреки академичному стыдливому молчанию маститых русских ученых по их опусам), что именно карачаевцы и балкарцы, в силу естественного процесса реабилитации оболганной их истории, преодолевают в своих научных исследованиях верноподданнические и сталинистские историографические завалы, устроенные кабардинскими (адыгскими) учеными, призванными навсегда в отечественной кавказоведческой науке закрепить именно кабардинскую интерпретацию российско-кавказских отношений?! Естественно, что сегодня при становящейся демократии в стране, когда доступны архивы и хранилища, добросовестному ученому нельзя закрывать глаза на подлинные страницы трагической истории Отечества. Такому ученому важна Истина, а не тщание выпятить свою национальную спесь. Становление её как раз таки состоялось в результате потрафления «мирными» князьями Малой Кабарды верховной власти России со времен Екатерины Великой в ущерб общекавказской, да и российской солидарности (мало ли вреда России нанесли немцы на русском престоле с «освоением» Кавказа?!), а зачастую из-за прямого предательства интересов своего собственного народа верхушкой адыгов, о чем подробно можно узнать в книге «Земля адыгов» [См.: -А.Х.Шеуджен, Г.А.Галкин, Н.Е.Алешин, А.А.Кушу, Б.Е. Шеуджен. Земля Адыгов, Майкоп, 1996 г., с. 74-75 . (1.4.3. Бзиюкская битва:...)]. В своих работах и книгах Зарема Борисовна Кипкеева, ныне доктор исторических наук, честно и мужественно исследовала эту историю и написала правдивую историю миграций народов Центрального и Северо-Западного Кавказа на протяжении более чем ста лет. При этом снабдила свои работы огромным количеством сносок из самих адыгских авторов, начиная с их патриарха Ш. Ногмова. По логике последних только адыги вершили историю Кавказа, все другие кавказские народы платили им дань, поэтому первородство в интерпретации истории Кавказа принадлежит только им. Мне уже приходилось писать по поводу работ З.Б.Кипкеевой (см. «Вести гор», №56, 2007 г. Темирбек Лайпан, «История как беспристрастное исследование»), где, предвосхищая профессора Б.В. Виноградова, констатировано, что последняя книга Кипкеевой З.Б., по существу монография ее докторской диссертации, это новое слово в кавказоведении. Конечно же, честному ученому нет нужды опускаться до уровня, по выражению Виноградова, охломонства, как это допустили молодые научные сотрудники Института Гуманитарных Исследований (ИГИ) Правительства КБР Алоев Тимур и Ашхоев Рубен, которые без всякого приглашения приехали в день защиты диссертации в Ставрополь и что называется «оплевали» карачаевцев и балкарцев, устроив грязный демарш против мужественной и выдержанной карачаевки З.Б. Кипкеевой. Уж чего-чего, но ребятам не хватило не только адыге-намыс, но и элементарного приличного поведения в ученой среде. Стыдоба, что настоящий русский историк с большим именем урезонивал их словами: «Господа, Вы дурно воспитаны и даже не подозреваете об этом...» Мы далеки от мысли, что «зеленая молодежь» приехала на защиту по собственной воле. Профессор Виноградов по доброте душевной, стыдя их, ссылался на маститых известных кабардинских историков, дескать, те бы их демарш не одобрили. Милейший Борис Витальевич, в данном месте Вы дали большой шанс для реабилитации кабардинским ученым, но дело-то как раз в том, что этих молодчиков отправили в Ставрополь именно эти «маститые». Не имея за душой ни малейшей научной аргументации против работы З.Б. Кипкеевой, чтобы не навредить реноме своих ученых званий, они и снарядили «в набег» молодежь, с околонаучными выпадами... Поражает их несуразная ссылка на Умара Алиева, как говорят они, «карачаевца №1». Достаточно тут сказать, что Умар Джашуевич Алиев, человек своего времени, чтобы выбить у центра существенную помощь горским народам, будучи одним из заместителей Сталина, в бытность того наркомом национальностей, в комиссии по национальным вопросам по Северному Кавказу, в том числе для помощи адыгам, вынужден был писать в собственной автобиографии, что он «батрак, родился в бедной батрацкой семье», что народы Кавказа, в том числе адыги и карачаевцы, будучи закабалены как царскими сатрапами, так и собственными богачами, отстали в своем развитии, нуждаются в целенаправленной помощи центра и т.д. Между тем, будь это известно, род Алиевых в Карачае, прибыв из аксайских кумыков, укоренился как дворянский род. Умар Алиев был образованнейшим человеком на всем Кавказе в то время, в совершенстве владел арабским, русским, говорил и писал на всех тюркских языках, в том числе на всех диалектах адыгского [Современный биограф У.Дж. Алиева Абаева Ф.В., в книге «Умар Алиев» (Просветительская, педагогическая и общественная деятельность), изданной в Майкопе в 1995 году, рецензенты адыгейцы доктора и кандидаты наук Бузарова К.И., Шоров И.А, Смыр Г.В. , пишет: «Он был разносторонне развитым человеком: знал восточную историю, восточную словесность; изучал арабскую, турецкую и персидскую филологию; владел глубокими этнографическими познаниями; в совершенстве владел: русским, арабским, турецким, персидским, испанским, немецким, английским, татарским, башкирским, монгольским, бурятским, казахским, калмыцким, черкесским, кабардинским, абхазским, грузинским, азербайджанским, аварским, кумыкским; выступал на даргинском, лезгинском, лакском, осетинском, чеченском, ингушском, абазинском, ногайском, киргизском, узбекском, таджикском, туркменском, чувашском, алтайском языках». Поразительна широта его интересов, при феноменальных языковых способностях (читал, писал, выступал более чем на 35 языках), а докторская диссертация его посвящена экономике США. Та же Ф.Ф. Абаева констатировала: «В 1930-32 гг. Умар Алиев возглавляет Президиум и Научный Совет всесоюзного Центрального Комитета Нового Алфавита при Президиуме ЦИК СССР, где под его председательством были приняты алфавиты 90 народностей и этнических групп. См.: - Абаева Ф.В. (Умар Алиев (Просветительская, педагогическая и общественная деятельность).- Майкоп: 1995 – С. 43, 31. Можно смело утверждать, что по уровню и энциклопедичности образования, несмотря на молодость, на всем Северном Кавказе в то время равного Умару Джашуевичу Алиеву человека среди национальных элит не было. Так что об Умаре Алиеве пристало говорить не только как о карачаевце №1, но следует говорить как о северокавказце №1. (Л.Т.)]. Достаточно сказать, что в 1916 году он был одним из кандидатов на пост Муфтия Закавказья, а ровно через год – он активный участник революции в России. И было-то ему в те годы 22-24 года от роду. И во главу угла своей политики, чем и объясняется его мгновенный переход в революционный стан, он всегда ставил вопрос о просвещении народов Кавказа, выводе из вековой темноты, объединение всего трудового горского населения во имя этого. Выходец из глубоко религиозной среды, прямо и искренно воспринимал декларации большевиков о братстве, равенстве и свободе. Если бы не так, почему-то именно он, а не представитель адыгов, первым и единственным написал в те годы исторический очерк о положении адыгов?! [Следовало бы знать также, что именно Умар Алиев в 1918 году, как один из руководителей адыгейского представительства обратился во ВЦИК, чтобы положить конец беззаконию по истреблению адыгейских аулов, проводимому на волне красного террора бесконтрольными частями Таманской армии («Железный поток»), командир которой Матвеев, человек антигорских убеждений, сам руководил массовыми убийствами адыгейского населения вокруг Майкопа, чтобы «никаких горцев на Кубани не осталось». У. Алиев фактически предотвратил дальнейшее истребление горцев. После разбирательства Матвеев за эту акцию был расстрелян в штабе главкома Сорокина. См.: -А.Х.Шеуджен, Г.А.Галкин, Н.Е.Алешин, А.А.Кушу, Б.Е. Шеуджен. Земля Адыгов, Майкоп, 1996 г., с. 273. Следует также указать, что именно Умару Алиеву, как заместителю Сталина в указанной комиссии по национальным вопросам по Северному Кавказу, которому было поручено лично В.И.Лениным составить записку с предложениями по государственному устройству горцев и их положению, принадлежит приоритет создания автономий Северного Кавказа. Его обширные знания и харизматичность личности использовалась в те годы большевиками сполна - с 1918 по 1929 гг. он делегировался для разрешения сложных межнациональных вопросов то в Карачай, то в Адыгею, то в Дагестан, то в Татарстан, то в Башкортостан, то в Абхазию, то в Баку, то в Москву, то в Ростов... А в родной Карачаево-Черкесии ему по существу и не дали работать...] Описывая угнетенное положение адыгов в этой работе, Умар Алиев опять-таки, чтобы выбить побольше помощи этому народу из центра, «сгущал» краски. Уж такова была логика событий того времени. Он уже тогда понимал, что слова и дела большевиков резко расходятся на практике. И горько сожалел потом, что шел на эти ухищрения, потому что, вопреки ожидаемой благодарности, находились его очернители перед центром. Больше всех в этом преуспел кабардинец Батал Калмыков. Ужели сокрыто от этой молодёжи, представившейся на защите молодыми сотрудниками ИГИ КБР, что именно карачаевцы – небольшой отряд карачаевского ополчения во главе с легендарным Георгиевским кавалером, героем Первой Мировой, Джатдаем Байрамуковым, в ответ на откровенно враждебные действия Кабарды во главе с Б.Калмыковым, инспирировавшим захват карачаевских кошей и скота на границе с Хасаутом, пошел походом в Нальчик и захватил его, вернув плененных чабанов и скот?! Указали бы они хоть один случай захвата хотя бы одного карачаевского аула «отважными» кабардинцами, говоря о подчиненности карачаевцев Кабарде? Она вела всегда другого рода сражения с Карачаем и Балкарией: могла в качестве проводников и лазутчиков привести войска Эмануэля в Карачай, в благодарность за гостеприимство, оболгать их историю; впрочем, часть кабардинцев служила проводниками царских войск для их покорения в собственные адыгские аулы). Примеров этому тьма, в ответ добродушные горцы-карачаевцы укрывали их от преследования царских войск и казаков, а когда был истреблен и сожжен адыгский аул Хож (нынешний Ходзь), карачаевцы поехали туда, привезли их детей-сирот, приютили и вырастили их, поженили их между собой, их потомки живут и ныне в селение Хумара. Большинство из них имеет фамилии от имен, данных им карачаевцами – Темировы, Акбашевы, Калмыковы и т.д. Странным образом, почему-то лидерами карачаевофобии становились именно выходцы из этой среды адыгов?!. Отметим еще, что Умар Алиев прекрасно знал, как кабардинские князья использовали свое «верноподданичество» и добивались от царских властей передачи им в аренду казенных, бывших карачаевских, земель вокруг Кумы, Малки, Кубани, Зеленчуков и Большой Лабы, чтобы сдавать самим в субаренду карачаевцам и балкарцам и получать постоянную ренту. И это подробнейшим образом описано в работе З. Кипкеевой со ссылками на источники, в том числе - топографические, произведенные немцами на русской службе. Еще бы не знать Умару Алиеву обо всем этом, если Москва направила на Кавказ для решения этого спорного вопроса в свое время наркома юстиции Крыленко, и совместная комиссия с участием Алиева и Калмыкова, разобрав все исторические притязания, установила те границы, которые существуют и теперь. И сей факт сегодня не подлежит ревизии. В свое время также были определены территории этнических границ Кабарды и Балкарии (Белореченского Карачая, или Тау Къарачай (Горный Карачай) и Тар Къарачай (Теснинный Карачай) [Из пяти горских обществ, которые после 1917 года большевики назвали Балкарией, на самом деле в четырех – в Холамском, Бызыннгыевском, Чегемском, Баксанском – его жители никогда не называли и не называют себя «малкъарлы» (балкарец), поскольку Малкъар (Балкария) – это топоним (Уллу Малкъар, Верхняя Балкария и т.д.), а жители себя именовали «тау къарачайлыла», «тар къарачайлыла» до революции, после революции - таулула (горные карачаевцы, теснинные карачаевцы, горцы). Именно так оно и было. Наконец, видимо, наступила пора всем нашим собратьям, именующимся по прихоти большевиков балкарцами, вернуть свое исконное национальное название – карачаевцы. Тогда и нам, карачаевцам по эту сторону, будет основание весомо ставить вопрос об уважении к нашим братьям по ту сторону Карачая. Черкесам, которые у нас, также, памятуя, что они беглые кабардинцы, следует также наименоваться кабардинцами. Думается, совершенно нормально и паритетно будет звучать, здесь в КЧР – Карачаево-Кабардинская Республика, там в КБР – Кабардино-Карачаевская Республика. Очень удачная форма для взаимного уважения всех к друг другу. (?!?) Тогда можно поговорить и о пресловутом паритете?!]. Могут ли господа кабардинцы ответить: на каком основании сегодня перекраиваются этнические границы балкарских районов? В Карачае внимательно следят за этим процессом и, будьте уверены, карачаевцы скажут свое веское слово по этому поводу! Не говоря о том, что, видимо, на историческую перспективу, сегодня в КБР в спешном порядке идет массовое переименование тюрко-язычных топонимов, гидронимов, чтобы навсегда закрепить «исконность» их за адыгами. Видимо, это практическая часть псевдоистории, которую кабардинские «ученые», идя по проторенному пути, и сегодня пытаются навязывать отечественной российской исторической науке. Это ли не идеологическая платформа для нынешнего руководства КБР для оправдания экспансионистских его устремлений по перекраиванию границ и земель Балкарии (?!) Однажды высказавшись по этому поводу, повторимся: любопытно, как они собираются переименовать карачаево-балкарское имя города «Нальчик»? Если пойти по этому пути – придется менять топонимику чуть ли не всего Кавказа, на 90% также тюрко-язычную... Вообще, господа, ей-богу, это смешно... неужто при 90% дотационности бюджета КБР её руководству нечем заняться?..

Но вернемся к сути выступлений молодых кабардинцев на защите. Не случайно, профессор Виноградов упомянул, что татары, крымчаки, кумыки не раз принуждали кабардинских князей к челобитной русскому царю: «...прими нас, Государь и Благодетель, в холопи, дабы избавиться нам от татарове». (Читайте, господа, подлинники! А не помноженные басни о черкесских садах!) А в Карачай они (Алиевы) прибыли не просто так, а по притяжению к тюрко-язычным сородичам, которые в одиночку держали оборону от Кабарды, получившей за предательство общекавказских интересов карт-бланш на притеснение соседних народов именем уже Белого царя. То же самое они делали и при новой Советской власти. Методика была проверенной – стучи... и тебе отворят! Руководство Кабарды в 20-30-40-е годы прошлого века в этом преуспело. В предостережении карачаевцам Умар Алиев в 1934 году, сохраненном Махмутом Дудовым, он открыто говорит, что кабардинские начальники, ученики Батала Калмыкова, готовят выселение с гор карачаевцев и балкарцев.

[Смотрите об этом: Павел Полян. «Не по своей воле... История и география принудительных миграций в СССР», ОГИ-Мемориал, Москва, 2001 г., с. 124-125. «...Завершив операцию с чеченцами и ингушами, Берия и его свита не торопились покинуть Кавказ. Нет, не случайно кабардинец З.Д. Кумехов (1-й секретарь Кабардино-Балкарского обкома) 25 февраля 1944 года ездил в Грозный, где встречался с Берией, И.Серовым, Б.Кобуловым. Следующими на очереди была Кабардино-Балкария, вернее ее горная южная половина – Приэльбрусье, где проживали балкарцы. В вину этому народу Берия не нашел ничего лучшего как вменить неспособность защитить Эльбрус и намерение объединить Балкарию с Карачаем. После освобождения Эльбрус на некоторое время был даже переименован в Иалбузи (груз.) 2 марта Берия в (в сопровождении Б.Кобулова и С. Мамулова) и сам пожаловал в Нальчик, съездил к Эльбрусу. Он «сообщил» З.Д. Кумехову о намерении выселить балкарцев, а их земли передать Грузии, чтобы та могла иметь оборонительный рубеж на северных склонах Большого Кавказа; Кабарде же это было «компенсировано» землями Карачая и Черкесии. Освободившиеся от балкарцев указано было заселить «колхозниками из малоземельных районов Кабардинской АССР», то есть кабардинцами...» Кто и сколько яда преподнес центру, чтобы состоялось выселение карачаевцев и балкарцев, «умный» историк П.Полян, чтобы обезопасить себя от подобного же набега на себя со стороны кабардинских «ученых» типа Гонова, роняет ироничные фразы: «Нет, не случайно кабардинец З.Д.Кумехов... ездил в Грозный...», «сообщил» (после того, что уже было решено с Кумеховым в Грозном? – реплика моя.- Л.Н-М.О.) и «заселить кабардинцами»... Интересно провести историческую параллель: Иван Грозный, использовав в качестве подручного своего шурина-кабардинца, брата Марии, стольника царя, и его руками верша казни и массовые оргии, потом его самого посадил на кол. То же самое осуществил с Кумеховым Берия. Использовав его против балкарцев, тут же добился его снятия с должности 1-го секретаря Кабардинского Обкома, имея на руках исчерпывающую информацию о нём и его деятельности в период немецко-фашистской оккупации. О роли Кумехова и кабардинской элиты в выселении балкарского народа сегодня свидетельствуют подлинные документы того времени, так что М.А. Дудов не случайно подчеркнул, что у него имеются доказательства этому: «...Таким образом репрессивные акции против балкарского народа на государственном уровне в лице И.В.Сталина и Б.Э. Калмыкова обрели свой оформленный характер уже в январе 1922 года. Это был первый (калмыковский) этап уничтожения балкарского народа. Второй этап этой трагедии начался в 1939 году с приходом к власти очередного секретаря обкома - Зубера Кумехова, который не только продолжил откровенно преступную «калмыковскую» политику по отношению к балкарскому народу, но и «усовершенствовал» ее. Из Черекского района Балкарии выделяются с. Ташлы-Тала и пос. Фанерного завода с прилегающими 20 тыс. га сенокосных и пастбищных угодий. Из Урванского района Кабарды также выделяются несколько населенных пунктов и, как в случае с Нагорным округом, образуется смешанный Лескенский район с многократным превышением кабардинского населения над балкарским, соответственно административная власть в районе, преимущественно составленном из балкарских земель, принадлежит кабардинцам. Балкария лишается значительной части административной границы с Осетией. Осенью 1942 года, убегая от наступающих немцев, Кумехов, будучи не только секретарем обкома, но и членом Военного Совета 37-й армии, совместно с ее представителями из карательной 11-й стрелковой дивизии НКВД, инициировал в Черекском ущелье преступление, породнившее балкарцев с белорусской Катынью и чеченским Хайбахом, квалифицируемое международным правом, как геноцид по этническому признаку. Именно он, находившийся в штабе отступающей 37-й армии, в райцентре Черекского района, и стал одним из организаторов полного уничтожения балкарских сел Сауту, Глашево и В.Чегет, сопровождавшегося варварским истреблением свыше 700 человек мирного населения на 98,5% состоящего из стариков, женщин и детей. Об участии Кумехова свидетельствует и тот факт, что в этих зверствах принимали участие и т.н. местные «партизанские отряды», преобразованные в «истребительные» батальоны, которые прямо подчинялись местному обкому ВКП (б). И надо отметить, что столь откровенное масштабное преступление совершалось только ради оправдания перед Сталиным сдачи республики и Нальчика немцам, а также оголение основной линии южной обороны - Кавказского хребта. В его доносах в Москву это объяснялось как следствие «всеобщего бандитизма балкарского населения»... Истинному положению дел проливают свет некоторые документы того времени из архива Кабардин-Балкарского Обкома ВКП (б): из выписки Комиссии Партийного Контроля при ЦК ВКП (б) № ЦК КПК 323/1 24 августа 1944 года. О т. Кумехове Заурбеке Докшуковиче (член ВКП (б) с мая 1932 г. п.б. № 0303384 – «...тесть Кумехова – Шагиров К.М. – до оккупации работал председателем колхоза с. Лескен II. Активно помогал немцам, был председателем комиссии по ликвидации колхозов, выдавал немцам преданных советской власти граждан. Установлен и такой факт: Кумехов З.Д. имел хорошую верховую лошадь во время эвакуации почему-то лошадь не забрал с собой, а сдал в колхоз Лескен II. Когда немцы заняли село, тесть Кумехова – Шагиров К.М., передал лошадь немецкому бургомистру. Сын Шагирова - Шагиров Нашхо, до оккупации работал секретарем партийной организации колхоза Лескен II, не эвакуировался, помогал немцам, коменданту доносил на коммунистов и др. лиц, настроенных против оккупации... Родной брат Кумехова – Кумехов С.Д., в прошлом мулла, до оккупации работал председателем сельского совета, был зачислен в партизанский отряд, имел винтовку. В отряде не был и не эвакуировался. С приходом немцев сдал винтовку немецкому коменданту, установил близкое отношение с ним, бывал у него... при немцах у него в квартире висел портрет Гитлера. Второй родной брат Кумехова – Кумехов Д.Д., член ВКП (б) с 1938 года, был также зачислен в партизанский отряд, имел винтовку. В отряд не пошел и не эвакуировался. С приходом немцев винтовку сдал коменданту, был в хороших отношениях с комендантом и начальником полиции. Активно помогал немцам...Приведенные материалы о близких родственниках Кумехова З.Д. подтверждаются материалами НКВД и показаниями граждан с. Лескен II... подпись Шкирятов» (архив К. Б. ОК КПСС ф.1, оп. 3, д. 6, л.л. 115-120). Вот, что сказано о периоде руководства Кумехова в заключительном слове на Пленуме обкома КПСС, проходившем 6-7 сентября 1944 год секретаря Кабардинского ОК ВКП (б) (после тотального репрессивного выселения балкарцев, осуществленного с подачи именно этого Кумехова, республика была преобразована и переименована в Кабардинскую): «Товарищам ясен тот факт, что в период руководства Кумехова творился в республике ряд безобразных явлений. И правильно один из ораторов отметил, что калмыковщина продолжалась и в последующие годы при руководстве Кумехова, только в несколько другой форме. Метод очковтирательства со стороны бывшего руководства имел довольно широкие размеры. Изжитие честных работников из республики и насаждение на руководящие посты людей из не внушающих политического доверия, проводился с целью окружить себя верными людьми. Т.е., проводились те же самые вредные традиций, что и при Калмыкове, только в более завуалированной скрытой форме... Вопрос с деньгами. То, что государство отпустило для оказания единовременной помощи трудящимся, пострадавшим от немецкой оккупации.. Власть допустила грубейшее извращение политики нашей партии...Начиная с Кумехова, весь состав бюро обкома партии, дальше идут ниже рангом – все наркомы, секретари райкомов, в общем весь актив, по существу подкупили, сделали так, чтобы из этих товарищей никто не мог сказать, что вы много забрали денег. Правда, активу дали меньше, по одной - две тысячи, зато Кумехов и Ахохов набрались наглости, хапнули по 16 тыс. руб. ...» (архив К-Б ОК КПСС, ф. 1, оп. 3, д. 5, л. 165,166). Из выступления заместителя Председателя Кабпотребсоюза т. Сохрокова на заседании Пленума Кабардинского ОК ВКП (б) 6-7 сентября 1944 года – «В дни Великой Отечественной войны, когда все внимание, все духовные силы нашего государства, от мало до велика мобилизовывают себя на скорую и окончательную победу над врагом, чем занимались эти люди? Они устраивали банкеты в колхозах. На трех машинах руководство республики во главе с Кумеховым приезжали в Нартан, там быстро собирали гусей, кур, уток, водку, в этих банкетах принимали участие немецкие приспешники. Ни одного честного человека не было на этих банкетах и, что характерно, почти все руководящие работники принимали участие в них. По всем правилам национальных обычаев приглашали баянистов, девушек, сам Кумехов исполнял кафу, лезгинку и т.д...» (К-Б ОК КПСС.ф. 1, оп. 3, д. 5, л. 153). Из отчетного доклада Первого секретаря Кабардинского обкома ВКП (б) за период с марта 1940 по декабрь 1946 годы, на XVIII Кабардинской областной партийной конференции 26-28 декабря 1946 года: «...Областной Комитет партии, а следовательно и областная партийная организация не справилась со своими задачами... но не только скот, не только материальные ценности, а самый ценный капитал нашей страны – люди остались у врага. Больше того, 72% областной партийной организации не эвакуировались. При этом на оккупированной земле остались не только рядовые коммунисты, но и часть руководящих работников, явно не желая эвакуироваться... В составе (северокавказского) национального «легиона» общей численностью до 600 человек, состоящего из трех эскадронов, один эскадрон был укомплектован кабардинцами. Известно также, что в кабардинских районах был организован сбор подарков Гитлеру и немецкому командованию. В качестве подарков передан лучший племенной жеребец в золоченой сбруе и с дорогим седлом с серебряной отделкой... При отступлении немцев с территории Кабарды с ними добровольно ушло, по далеко не полным данным, 1679 человек...» Из выступления Министра внутренних дел КАССР т. Горшкова: – «Благодаря политической близорукости бывшего состава бюро Областного Комитета партии во главе с Кумеховым и Ахоховым, важнейшие указания Сталина не были выполнены. Они, а вместе с ними и другие с позволения сказать, активисты вместо того, чтобы организовать сопротивление немцам, создавать партизанские отряды, - поддались панике, проявили трусость, граничащую с изменой, и позорно спасая свои шкуры, бежали с территории республики, бросив на произвол судьбы дело руководства республики. Значительная часть членов и кандидатов партии остались на оккупированной территории и работала в пользу немцев, а в таких районах, как в Лескенском, Урванском и Зольском и секретари райкомов ВКП (б)..., которые стали на путь прямого предательства и измены. В тылу остались и работали на немцев: бывший депутат Верховного Совета СССР, член ВКП (б) – Санов Махчуб; прокурор Кубинского района – Тхакумачев, член ВКП (б), награжденный орденом Ленина – Каров Мусса, член Верховного Суда Кабардинской АССР Табухов Мухажир...» (архив К-Б ОК КПСС ф. 1, оп. 5, д. 2, л.л. 120-125). Из выступления заведующего лекторской группой ОК ВКП (б) т. Цавкилова, на XVIII Кабардинской Областной партконференции 26-28 декабря 1946 года, - «...В самом деле, нельзя ведь забывать, что на протяжении 20 лет Калмыковская банда насаждала в Кабарде идеологию буржуазного национализма... Извлекло ли руководство Кумехова и Ахохова соответствующие выводы из этих фактов. Нет не извлекло... Отсюда – и выселение балкарцев, отсюда и бандитизм, и сбрасывание немцами парашютистов над территорией Кабарды, и факты предательства многих кабардинцев, и устраивание праздника «курман» в честь немцев и многое другое. Ведь это же факт, что из всех оккупированных национальных районов Кавказа марионеточное «правительство» немцами удалось сформировать только в Кабарде. О чем это говорит?» (архив ОК КПСС, ф.1, оп. 5, д. 2, л.л. 191, 192). (Выделено нами). Эти документы свидетельствуют об истинных мотивах, подтолкнувших руководство республики на очередной донос с целью оклеветать балкарский народ, пытаясь спасти свою шкуру и переложить всю ответственность за творившиеся безобразия в руководстве республикой на плечи многострадального балкарского народа. В 1944 году репрессивная деятельность государственного режима по отношению к балкарскому народу достигает своего апогея – народ лишается своей государственности и территории, подвергается тотальному насильственному переселению в республики Средней Азии и Казахстана. Официальным основанием постановки вопроса о выселении балкарского народа является клеветнический донос в адрес Л.П.Берия, подписанный руководством КБАССР в лице Кумехова, Бзиава и Филатова с просьбой выселить балкарский народ за якобы имевший место массовый бандитизм. Вопрос с выселением балкарского народа окончательно был решен в феврале 1944 года в г. Орджоникидзе (ныне г. Владикавказ) во время встречи Л.Берия с первым секретарем Кабардино-Балкарского обкома ВКП (б) Кумеховым. Единственный балкарец, сопровождавший Кумехова в этой поездке, молодой инструктор обкома ВКП (б) К.Уянаев на прием к Л.Берия допущен не был. А высшее должностное лицо на тот период из числа балкарцев – Председатель Президиума Верховного Совета КБ АССР 30-летний И.Л.Ульбашев заблаговременно был отправлен в командировку в г. Москву. Таким образом встать на защиту интересов балкарского народа фактически было некому». (Извлечение из официального документа: См.:- Аналитическая записка Председателю Правительства РФ Зубкову «Совета Старейщин балкарского народа КБР»). Для полноты текста приведем здесь версию самого Кумехова: «Расправившись ранее с карачаевцами и калмыками, а теперь с чеченцами и ингушами, Берия со своим сопровождением 24 февраля 1944 года прибыл на станцию Орджоникидзе. Настал черед балкарцев. На следующий день к Берии были вызваны все первые секретари обкомов ВКП (б) и председатели совнаркомов автономных республик Северного Кавказа, в том числе первый секретарь Кабардино-Балкарского обкома партии З.Д. Кумехов. «25 февраля в 9.00 Кобулов провел меня в вагон-салон (наподобие пульмана), - пишет Кумехов, - В салоне находились Берия, Серов, Бзиава и Филатов. Берия встретил меня крайне недружелюбно и разразился площадной бранью и нецензурными ругательствами в адрес Кабардино-Балкарии, которая, по его словам, не удержала район Эльбруса и сдала его немцам. После того, как был исчерпан весь возможный запас ругательских слов, он сообщил, что население Кабардино-Балкарии подлежит выселению». После краткого доклада Кумехова о политическом положении в республике Берия снова повторил: «...в наказание за то, что Кабардино-Балкария охвачена бандитизмом, принято решение о выселении». Но в этом, однако, не исчерпалась зловещая миссия Берии, получившего от Сталина еще и другое задание. В частности, об этом Кумехов пишет следующее: «2 марта 1944 года в г Нальчик специальным поездом приехал Берия в сопровождении Кобулова и Мамулова... Я, Бзиава и Филатов встретили их на вокзале. С вокзала все направились к Приэльбрусью, заехав по пути на Баксангэс и в Тырнауз. Когда доехали до подножия Эльбруса, Берия заявил Кумехову о том, что «есть предложение передать район Эльбруса Грузии». Это было для Кумехова неожиданным, и он спросил, чем вызвана необходимость передачи. На что последовал ответ: «Территория освобождается от балкарцев, и Кабарда ее не освоит. Грузия же должна иметь оборонительные линии на северных склонах Кавказского хребта, ибо во время оккупации этот район Кабарда уступила немцам». Упрек Кумехов отвел: «...в случае необходимости и РСФСР в состоянии защитить этот район», - но вряд ли собеседник его собирался слушать.

Вернувшись в Нальчик, Берия опять затронул вопрос об изменении границ, обещал взамен Приэльбрусья включить в состав Кабардинской республики (Балкария подлежала исключению из названия) города Кавказсквх Минеральных Вод (Кисловодск, Ессентуки, Пятигорск, Железноводск) и Черкесию. Секретарь обкома не уступал. Тогда Кобулов бросил реплику: «Вы пожалеете». Возражение Кумехова Берии закончилось его отстранением с работы. 14 марта 1944 года на заседании Политбюро ЦК ВКП (б) Берия, отчитавшись о своей проделанной работе на Северном Кавказе, потребовал сиять Кумехова с должности первого секретаря Кабардино-Балкарского обкома партии. В тот же день, в 20 часов, Кумехову в Нальчик позвонил Г. Маленков и сообщил, что тот освобожден от должности первого секретаря». (Цитата из книги «А.Ю. Коркмазов «Этнополитические процессы на Северном Кавказе», Ставрополь, из-во СГУ, 1994 г., с. 84, 85, со ссылкой на: Ибрагимбейли Х.-М. Плоды произвола//Литературная газета. -1989. -17 мая. Этот поздний комментарий Кумехова о том, как он героически отстаивал интересы республики в разговоре с Берия, вызывает по меньшей мере недоумение: не только возражать, но и выражать свою точку зрения он не мог в ситуации с имеющимся у НКВД материалом на него и на его родственников. Более того, обращает на себя внимание само направление разговора между ними: по существу идет торговля территорией Балкарии. Существенен оговор Кумехова, что взамен Кабарде даже посулили передать в ее состав район КМВ и Черкесии. Разумеется, «защищая интересы балкарцев», Кумехов гордо отказался... и поплатился своей должностью. Эта поздняя оправдательная мимикрия Кумехова опровергается текстами его телеграмм и докладов Берия, где он сам инициирует вопрос выселения балкарцев. Вот они: «Умар Алиев задолго до войны знал точно, что готовится, когда предупреждал об этом карачаевцев. Уже пред войной была издана карта, в которой г. Микоян-шахар обозначен как г. Клухори. Вот подлинный текст стенограммы в переводе на русский, сохраненный историком-правозащитником М.А. Дудовым. Чтобы «благонамеренным» кабардинцам можно было сравнить объективность перевода, прилагаем тут же его карачаево-балкарский текст. Перевод: «Было большой моей ошибкой, показав черкесов отдельным народом, привязав к нам, создать единую область. Не было тогда у нас народа под именем черкесов – они все были оторванные от Кабарды беглые кабардинцы. По их собственным словам и письменным источникам было одно – они были кабардинцами. Поскольку кабардинцы имели область, кто бы здесь им дал еще одну кабардинскую область? Поэтому под такой хитростью, под именем черкесов привязав их к себе, мы создали одну область. Все беды начинаются с обмана. Не зря народ говорил, что, «когда откормишь худого ягненка - губы и нос будут в масле, поможешь плохому человеку – окровавит твоё лицо». Что отделились мы от них - очень хорошо, но мы должны держать в уме: Кабарда (включая живущей их части у нас под именем черкесов) остается нам враждебной. Руководители Кабарды, с целью показать отрицательно государству, критикуя нас, горцев, льют грязь, пишут (доносят) на верх постоянно Сталину. Я вижу, что Сталин тоже как будто (склоняется) на их стороне. Если не сможем через Орджоникидзе, Кирова довести нашу правоту, руководители Кабарды могут нас ввергнуть в беду. Как они нас показывают (центру, Москве)? Как они утверждают: 1. Мы не кавказский народ. 2. Мы татары, пришедшие из Крыма. 3. Мы сборище собравшихся бандитов. 4. Мы живёт на земле кабардинцев. 5. Мы враги русских (в качестве доказательства приводят (показывают) пример Хасаукинского сражения 6. Мы враги Советской власти (в доказательство приводят восстания в 20-е, 30-е годы). 7. В наших горах находят приют (скрываются) все преступники. 8. Опираясь на вышеперечисленные обвинения-претензии (требования) к нам, утверждают, что горы надо очистить от преступников, бандитов. А чтобы пресечь корни и поддержку бандитов – нужно переселить горцев на равнины. Вот таковы претензии (требования) руководителей Кабарды к нам. Мало того, что при помощи Российской империи, они заняли (укоренились) наши равнинные земли, Кабарда теперь желает отобрать у нас и горы. Если не сказать правду, не написать об этом, не открыть глаза руководителям страны на напраслину все этой лжи и грязной претензии (требований), ситуация (тенденция) не исправится. Если не сможем этого сделать – существует опасность – как отправили кулаков в Азию, Сибирь - могут (не остановятся перед...) весь наш народ переселить на равнину. Вот чего добивается (желает) Кабарда». (Перевод мой:- Н-М.О. Л.).Текст стенограммы на карачаево-балкарском: «Мени бек уллу джангылычым эди черкеслени халкъча кёргюзтюб, кесибизге тагъыб, бир област къуратханым. Черкес деб халкъ джокъ эди – ала барысы Къабартыдан юзюлген къачхынчыла эдиле. Кеслери айтхан да, къагъытлада джазылгъан да бир эди – ала къабартычыла эдиле. Алай а, Къабарты област болгъаны себебли, алагъа былайда дагъыда бир къабарты област ким берлик эди? Аны себебли аллай хыйла этиб, черкес ат бла аланы кесибизге тагъыб, бир област къурагъан эдик. Хар не къыйынлыкъ да ётюрюкден башланады. «Аман къозуну айнытсанг, эрнинги-бурнунгу май этер. Аман адамны айнытсанг, эрнинги-бурнунгу къан этер» деб, халкъ билмей айтмагъанды. Аладан айырылгъаныбыз бек игиди, алай а, эсде тутаргъа керекди: Къабарты (черкес ат бла бизде джашагъан кесеги да) бизге душманлай къаладыла. Къабартыны башчылары бизни къралгъа эрши кёргюзтюр мурат бла, таулу халкъыбызны сёгюб, аманлаб, башына, Сталиннге дери джазгъанлай турадыла. Не эсе да, Сталин да ала джанлы болгъанча кёреме. Орджоникидзени, Кировну юслери бла тюзлюгюбюзню ангылаталмасакъ, Къабартыны башчылары халкъыбызгъа бир къыйынлыкъ салыргъа боллукъдула. Ала бизни къалай кёргюзтюрге кюрешедиле? Ала айтыудан: 1. Биз кавказ халкъ тюлюз. 2. Кърымдан келген татарлылабыз. 3. Бандитледен къуралгъан джыйындыкъбыз. 4. Биз Къабартыны джеринде джашайбыз. 5. Орусну душманыбыз (Хасаука урушну шагъатлыкъгъа келтиредиле). 6. Совет властны да джауубуз (шагъатлыкъгъа 20-чы, 30-чу джыллада восстаниелени кёргюзтедиле). 7. Бизни тауларыбызда бютеу аманлыкъчыла къонуш табадыла. 8. Башында къурашдыргъан дауларына-терслеулерине таяна, тауланы аманлыкъчыладан, бандитледен тазаларгъа керекди дейдиле. Таулада бандитизмни тамырсыз, джакъсыз этер ючюн а – таулуланы тюзлеге кёчюрюрге керекди.

Ма былайды Къабартыны башчыларыны бизге даулары. Орус империяны кючю бла бизни тюз джерлерибизге орналгъан бла къалмай, Къабарты энди тауларыбызны да сыйырыргъа излейди. Эшта, тюзю айтылмай, джазылмай, бу джалгъан кир даугъа къралны башчыларыны да кёзлерин ачмай, болум тюрленник болмаз. Алай эталмасакъ – хал къоркъуулуду – кулакланы Азиягъа, Сибириягъа сюргенча, бютеу халкъыбызны тюзлеге кёчюрюб ийерге да артха турмазла. Къабарты излеген олду». (Из архива М.А. Дудова, США, Дурхам).]

Теперь мы доподлинно знаем, как в 1944 году Кумехов З.Д. (первый секретарь Кабардино-Балкарского обкома ВКП (б) в 1939-44 гг.) «готовил» в страшный путь балкарский народ. До сих пор этот текст не давали в печать, чтобы не нарушить с таким трудом урегулированное спокойствие на Кавказе. И, видимо, совершенно напрасно, поскольку всякая неправда и замалчивание действительности, способны вскружить головы тем, кто на лживой интерпретации истории и очевидной фактографии, готов сегодня венчать себя сомнительными лаврами во имя потрафления национальному чванству. А оно у адыгских современных политиков и «историков» - смесь нонконформизма и конформизма, возведенного в ранг государственной политики во всех трех кавказских республиках, где проживают адыги: то они ежегодно отмечают годовщину кавказской войны, то 450-летие добровольного присоединения к России?! И все бы ничего, если бы федеральному центру это не обходилось в сотни миллионов. Россия потратилась на эти мероприятия не меньше, чем на компенсацию всем реабилитированным народам, пострадавшим от сталинского переселения. Кто после этого не скажет, что история, а вернее сказать, спекуляции на истории, не способны приносить солидную прибыль?! Институты гуманитарных исследований с адыгскими учеными честно отрабатывают свой хлеб – их интерпретация кавказской истории – с сомнительным потрафлением верноподданническому вкусу центра – приносит весомый куш! Вот почему мертвой хваткой вцепились они в «свой исторический бастион» - одновременно объявляя адыгский этнос – и главным союзником России на Кавказе, и главным пострадавшим этносом от этой войны, до последнего героически отстаивающим свою и всего Кавказа свободу. В последнее десятилетие стараниями этой изощренной фальсификации адыгских ученых и политиков проадыгская интерпретация истории Кавказа стала самодовлеющей – о 30-летнем газавате имама Шамиля и предыдущих имамах, возглавляющих освободительную борьбу кавказских народов на протяжении более, чем ста лет – ни слова! Нет, господа, интерпретаторы – у каждого народа Кавказа есть свой исторический багаж, есть он у карачаевцев и балкарцев! Всё бы ничего, но всемирная Хасэ адыгов используют все международные трибуны, вплоть до ООН, чтобы, одновременно отмечая добровольное присоединение, заставить Россию признать геноцид адыгского этноса?!? Конечно же, монография Заремы Кипкеевой о фактическом положении с миграциями народов Центрального и Северо-Западного Кавказа за столетие в 18-19 веках, в том числе с объективной трактовкой мухаджирства, объясняющего эту переселенческую политику не только и не столько колониальной политикой царской России, но и собственными устремлениями феодальной верхушки адыгов, которые с большим успехом эксплуатировали эту ситуацию, продавая в рабство собственный народ (до 12000 душ в год). Этого, кстати говоря, в отличие от адыгов, не было ни у одного из народов Кавказа. Читайте, господа свои собственные сочинения на эту тему! Договариваясь до абсурда, что, де, кабардинские князья даже пользовались правом первой ночи у подвассальных карачаевцев, они, опять же, в своих сочинениях, смакуют тему, что «прекрасные» черкешенки, самые-самые красавицы на всем свете, лидировали во всех гаремах Турции и Ближнего Востока! Особая статья их гордости, что все царские особы, от Ивана Грозного до всех султанов и арабских эмиров, имели наложницами черкешенок, а то и до сих пор все арабские династии рождены черкешенками, которых, повторимся, феодальная верхушка, а то и сами рядовые адыги (черкесы) безжалостно продавали в рабство. Карачаевцы и балкарцы же, как, впрочем, и другие народы Кавказа – никогда себе и представить не могли это варварство, соотносимое ими с каннибализмом.

[Одна из вероятных причин появления в Карачае адыгского, абазинского происхождения фамилий, видимо, этим и объяснятся: не желая быть проданными в рабство отдельные семьи, а то и роды адыгов, абазин бежали от своих князей и соплеменников в Карачай и безболезненно ассимилировались, так как в Карачае рабства «в такой классической черкесской вариации» никогда не было (трамовцы, шадибеки, кызылбеки, запиши (пшибиши и т.д.) Интересно, что «И.Барборо (1452), перечисливший основные адыгские племена: кремук, кипке, собай, кевертей», оставил указатель на происхождение карачаевского рода Кипке (пши), которых карачаевцы и ныне называют запиш, и о которых современные адыгские авторы пишут там же, при цитировании ими И.Барборо, что «племя кипке учеными пока не расшифровывается». См.: -А.Х.Шеуджен, Г.А.Галкин, Н.Е.Алешин, А.А.Кушу, Б.Е. Шеуджен. Земля Адыгов, Майкоп, 1996 г.,с.51-53. Оно и понятно, это остатки этого племени целиком ушли в Карачай и основали самостоятельную карачаевскую фратрию запиш (пши), отсюда в Карачае фамилии этой фратрии – Кипкеевы, Гебеновы, Каракетовы ,Каитовы, Доттуевы. Таким образом, к сведению кабардинских «оппонентов» диссертанта ученой степени доктора исторических наук - Кипкеева З.Б., в девичестве Чотчаева, невестка Кипкеевых, ведущих свой род от адыгского племени «кипке» (См. также список Н.Г Претрусевича). То же самое можно наблюдать с историей карачаевских князей Карабашевых, Карамурзиных, Кождаковых (в Кабарде – Кожаковы, в качестве князей присланы в Кабарду Крымским ханом, но и они ушли в Карачай), которые, имея родственные связи с карачаевскими княжескими фамилиями (материнская линия, взаимное аталычество, молочное родство и т.д.), перебирались в Карачай, найдя здесь кровнородственное покровительство и единство. Это происходило после смерти легендарного вождя Карачая – Карчи, не имевшего наследника (единственный его сын Джантуугъан в юношеском возрасте погиб), и передачи верховной власти в Карачае Крымшаухаловым, прибывшим в Карачай для закрепления Ислама через посредство Порты и Крымских ханов, ведущим генетическую линию Хашимитской семьи Пророка Мохаммеда. Посредством женитьбы первого Крымшаухала на дочери сестры Къарчи, принявшей по имени отца Къарчи Темирболата (Терболата) фамилию Темирболатовых, в Карачае верховная власть Валия была легитимирована породнением родов Къарчи и Пророка. Поэтому в Карачае, в отличие от Кабарды (адыгов в целом), междоусобиц среди элиты не было, что являлось важным фактором единения народа. Этот фактор стал разрушаться ко времени похода генерала Эмануеля в 1828 году в Карачай, так как род князей Дудовых, отрасль от Крымшаухаловых, породненный с кабардинскими Атажукиными (мать Атажукина, проводника Эмануеля в Карачай, урожденная Дудова. С детства Атажукин бывал в Хурзуке у родственников Дудовых, знал язык и дороги в Карачай), склонялся к прорусской партии элиты в Карачае, тем самым, надеясь получить в Карачае верховенство во власти. Валий Карачая Ислам Крымшамхалов не мог не учитывать всё это, когда в 1826 г., за два года до похода в Карачай генерала Эмануеля во главе царских войск, был вынужден обратиться к турецкому султану Махмуду II (1808-1839) с прошением принять Карачай в подданство и ввести его в состав Османской Империи. Историческая карачаевская песня «Хасаука» чётко «отреагировала» на эту «коллизию» среди «чанка-биев»- (Атажукин ...«Таб джолланы Амантишден билгенди / Черкес бийди бизни сатыб къоярыкъ». Буквально: «удобные дороги (в Карачай) узнал от Амантиша (Дудова)/ Черкес-бий нас предаст (Эмануелю).- перевод мой:- Л.Н-М.О.) Предваряет же эту сентенцию в песне «Хасаука» совершенно чёткое представление карачаевцев того времени о враждебных им силах: «Олду джутланнган малыбызгъа, мюлкюбюзге, / Олду зарланнган джуртубузгъа, джерибизге. / Къабартыды орусха кесин теблетген, / Душманны да хаман бизге юсдюрген. / Ол, таяныб душманлагъа-джаулагъа, / Ие болургъа излейди таулагъа. / Къул юлюш излеб чабады Къабарты, / Аман бла бошаллыкъ болур арты». Буквально: «Он алчен на наш скот и имущество,/ Он зарится на нашу родину, землю./ Кабарда сама дает топтать себя русским ,/ И на нас врага натравливает./ Он, опираясь на врага-неприятеляы,/ Хозяином хочет стать всех гор./ Дань из рабов желая взять, набегает на нас Кабарда,/ Плохим итогом закончится это». (Перевод мой: - Л.Н-М.О.)]

Исторические песни карачаевцев этого времени утверждают совсем иную интерпретацию стремления кабардинских князей поработить, с помощью изъявления этой двурушнической верноподданнической и предательской одновременно политики по отношению к России и к Кавказу, ее народы. Исторические карачаевские песни «Ачемез», «Татаркъан» и др. показывают, какой отпор получали при малейшей попытке посягнуть на честь горских женщин. Более того, лейтмотивом в них проходит рефрен, что «кто не имеет в Кабарде любовницу – в Карачае не считается мужчиной». Впрочем, история всегда повторяется в виде фарса, сегодня в Кавминводской группе городов лидерство по этой части женской «деятельности» - несомненно, также принадлежит тем, кто изощрен в тонкостях гаремной жизни! Только всегда задаешься вопросом: а причем или зачем тут «знаменитый» «Адыге-хабзе»? Этикет, чтобы скрыть сущность? Или это для успокоения укоряющей совести кабардинских мужчин? Но не будем о грустных страницах жизни и бытования адыгов... По их вине или «братским добрым намерениям» у каждого из кавказских народов есть собственные мартирологи. У ближайших их соседей карачаевцев и балкарцев, впрочем, так и у чеченцев и ингушей, он особенный с точки зрения чудовищных национальных потерь в ХХ веке...

В уничтожении Умара Алиева львиная доля заслуг, господа, также принадлежит кабардинским лидерам, как и в выселении карачаевцев и балкарцев. [Не зря в народной среде черкесов до сих пор бытует выражение: «Когда выселяли карачаевцев, мы плакали, когда возвращали – опять плакали...»] Видимо, как писал, комментируя то завещание Умара Алиева, Махмут Дудов, пытаясь объяснить патологическую враждебность кабардинцев к карачаевцам и балкарцам, что она действительно основывается на многовековой «подсознательной» ущербности сознания кабардинцев (адыгов) о долгом нахождении в рабской зависимости от Крымских ханов, тюрков по национальности, говорящих с карачаевцами, балкарцами, кумыками на одном языке. [Реакция карачаевцев на поход войск крымского хана для очередного усмирения адыгов тут же следовала в исторической песне, в которой звучит опасение, что карательные акции перекинутся и на Карачай: «Не знает разве, кто мы, крымский хан, Не говорит на общем с нами языке? А если станет наше братство нарушать, Предпримет то, что делает он Кабарде, Торчать на пике частокола будет голова его...» (Перевод:- Н-М.О.Л.) Оригинал на карачаевском для сравнения: «Бизни ким болгъаныбызны билмеймиди Кърым хан, / Бизни бла бир тилде сёлешмеймиди Кърым хан? / Алай а, къарнашлыкъны буза тебресе, Къабартыгъа этиучюсюн бизге да этеме десе, / Баш токъмагъы чалман къазыкъда кёрюнюр...» (Архив М.А.Дудова, США, г. Дурбан).] Идентификация последних с крымскими татарами навсегда предопределила враждебность Кабарды (адыгов) к тюрко-язычным своим соседям. Зарема Борисовна Кипкеева, хорошо зная это, в своей работе сознательно избегала прямой речи. Но умело «подвела» к этому выводу кабардинских своих читателей. Более того, серьезным историкам доподлинно известно, что попытка укоренения адыгских племен, носящих теперь названия «кабардинцев, черкесов», на ныне ими занимаемых территориях, подвигла их к принятию новых этнонимов из топонимов по имени ранее уничтоженных Тамерланом тюрко-язычных народов кабаров и черкесов, на чьих территориях они и расселены сегодня. [Реакция карачаевцев на поход войск крымского хана для очередного усмирения адыгов тут же следовала в исторической песне, в которой звучит опасение, что карательные акции перекинутся и на Карачай: «Не знает разве, кто мы, крымский хан, Не говорит на общем с нами языке? А если станет наше братство нарушать, Предпримет то, что делает он Кабарде, Торчать на пике частокола будет голова его...» (Перевод:- Н-М.О.Л.) Оригинал на карачаевском для сравнения: «Бизни ким болгъаныбызны билмеймиди Кърым хан, / Бизни бла бир тилде сёлешмеймиди Кърым хан? / Алай а, къарнашлыкъны буза тебресе, Къабартыгъа этиучюсюн бизге да этеме десе, / Баш токъмагъы чалман къазыкъда кёрюнюр...» (Архив М.А.Дудова, США, г. Дурбан).] О чем же, господа, спор?! Не случайно в той же рецензии на книгу З.Б. Кипкеевой я писал, что тюркскому племени с громадным ареалом расселения в Евразии, являющемуся четвертой в мире языковой группой, вообще не пристало уходить в защитительную позицию. По сути, просто не о чем говорить и нечего сравнивать. Конечно же, не только человеку, но и «всякой твари земной», присущ инстинкт метить территорию. Это и входит в задачу настоящего историка – зафиксировать это процесс и его особенности. Тем более что вся история человечества со времен великого переселения народов – есть не что иное, как постоянная миграция, с переменой ландшафтных декораций и историко-культурного антуража. Поэтому З.Б. Кипкеева заранее, избрав эту злободневную тему о миграциях населения Центрального и Северо-Западного Кавказа за 100 лет 18-19 вв., не могла погрешить против истины, так как «следы» адыгов здесь примерно этим временем только и обнаруживаются. А о том, откуда они сюда переселились, ясно пишет все тот же адыгский патриарх Ш. Ногмов. По выступлениям же младших сотрудников ИГИ Правительства КБР Алоева Тимура и Ашхоева Рубена (родовой антитюркский указатель ли?! Кабардэй-гаик?) не только трудно понять, о чём это они, но и о науке ли вообще?! Неужто им еще на студенческой скамье не уяснили понятия «историзма» в науке и реального настоящего времени, т.е. политики?! Лишены всякого историзма заявления Алоева Т. о статусе до 21-23 октября (по старому стилю)1828 года Карачая, этих «Термопилов Кавказа» (Эмануель), который естественными преградами своих ущелий был отрезан от всех. До Эмануеля, ведомого Атажикиным по тайным тропам с плато Бийчесын, в Карачай никогда не спускался ни один воинский отряд. Карачай был присоединен к России в результате Хасаукинского сражения 21 октября (2 ноября по новому стилю 1828 г.). Поход был предпринят в Карачай потому что, как писал Эмануель русскому царю, «если не взять оплота Карачаева» - нам не удастся защитить себя от «хищнических» набегов кабардинцев, которых карачаевцы по-братски после набега укрывают в своих горах. У похода была и обратная, дипломатическая сторона вопроса. По договору с Портой эта сторона Кубани вплоть до верховий Кубани не входила в «зону интересов», попросту в границы России. Поводом для вторжения русских войск в Карачай и является ссылка Эмануеля на цель похода, чтобы отрезать кабардинцев от нейтральной и недосягаемой территории Карачая, где они укрывались после набегов на казачьи станицы и поселения русских. Т.е. для их защиты... (Это для оправдательной версии для Порты). От русских властей не укрыто было и обращение валия (олия), верховного владетеля Карачая турецкому султану в 1826 году [Обращение сохранено в архиве Султанской библиотеки в Стамбуле. Написано арабскими буквами на старотурецком, найдено в 2007 г. в результате кропотливого труда потомком карачаевских мухаджиров историком-фольклористом Адильханом Адиль-оглы (Адильханом Аппаевым), вводится в исторический научный оборот впервые.]: за два года до похода русских войск под командованием генерала Эмануеля в Карачай с просьбой принять Карачай в подданство Османской империи. Спрашивается, если Карачай был до этого в составе России, то зачем было его завоевывать силами регулярной русской армии заново и подписывать договор о вхождении Карачая в состав Российской империи - с одной стороны, а если был в составе Турции, то зачем валию Карачая обращаться к султану с просьбой о подданстве - с другой?! Воображаемое владетельство всеми землями и народами Кавказа именно кабардинцами так вскружило головы «околонаучной» молодежи нынешних адыгов, что норовит стать нехорошей закваской для конфликтогенных ситуаций на Кавказе. Перевирание истории ради потрафления националистическим потугам – опасное занятие. Не случайно один из старейших карачаевских историков старой школы профессор, академик Ибрагим Шаманов писал по этому поводу, характеризуя это явление, как кризис общественных наук: «Просчеты в стратегии? Главный порок- заидеологизированность гуманитарных наук. Ошибаются те, кто думает, что мы это преодолели с падением коммунистического режима. На смену диктату партийной идеологии в историографии приходит диктат лже-патриотизма. «Сверху» - это великодержавные, неоимперские установки, чудным образом перемешанные с идеями либерализма, реликты индоевропеоцентризма. «Снизу» - это давление националистических сил, повальное мародерство исторического наследия, историографические и картографические войны малых народов России. Одним словом, главный порок исторических дисциплин сохранился. (...) Вы посмотрите, почти в каждом конфликте, полыхающем на пространстве бывшего СССР, главным орудием национал-политиков выступают историки-профессионалы и любители. Каждый не только размахивает картами об обширных пространствах государств славных предков, на которых, дескать, незаконно проживают другие народы. Эти карты, часто фальшивые, вводят в учебники, выращивая молодежь с покалеченным сознанием. Такие учебники не только санкционируются региональными властями, но и финансируются за счет госбюджета. (...) Я сомневаюсь, что дело исправится при нынешней генерации власть предержащих и национальных элит. Надо, видимо, ждать поколения, у которого будет то, что мусульманами называется Иман- Вера. Вы вспомните заповеди основных конфессий России. У христиан это евангельский принцип: среди верующих нет раздела по нациям – «ни эллина, ни иудея». У мусульман это коранический стих: Бог людей «создал народами и племенами», чтобы они познавали друг друга». Познавали, а не кичились славными предками, к заслугам которых не имеешь никакого отношения. Национал-патриотизм, действительно, последнее прибежище подлеца. Националист не может быть ни христианином, ни мусульманином, это – прислужник сатаны. Без Имана общество так и останется с инвалидным сознанием. Особенно это опасно для малых народов с их обостренным чувством собственной неполноценности, которую пытаются компенсировать этническими амбициями и национал-тщеславием. (...) Нужно начинать с изменения качества наших правителей. Как можно управлять своим народом, не зная его истории? (...) Бездушие наших правителей к духовному возрождению своего народа оборачивается позором для них самих». [Газета «Вести гор», №1 (039), 12-18.02.2005 г., с. 6.] Лучше маститого ученого, много повидавшего на своем веку, не скажешь. Увы, он имеет в виду и подобных кабардинцам Алоеву и Ашхоеву интерпретаторов истории и в Карачаево-Черкесии. Ибо безрассудство неофитов в широком понимании этого феномена воспаленного маргинального сознания с одной стороны, вызывает подобный же всплеск псевдонаучных «трудов» - с другой.

Впрочем, как говорится, no comment, представим читателю текст стенограммы выступлений кабардинских «ученых» на защите докторской диссертации З.Б.Кипкевой на диссертационном Совете СГУ в г. Ставрополе, осенью 2007 г., чтобы читатель самостоятельно оценил «образчик» антикарачаевского выступления кабардинских ученых. [Газета «Вести гор», №1 (039), 12-18.02.2005 г., с. 6.]

«Алоев Тимур, Институт гуманитарных исследований Кабардино-Балкарской республики, г. Нальчик: Уважаемые члены Диссертационного Совета. Вот прежде чем коснуться работы виновницы сегодняшнего собрания, хотелось бы добавить несколько слов к предыдущему оратору. В частности, было сказано, что Бзиюкское сражение было самым крупным в истории адыгского народа. Эта битва далеко не была самая крупная. К примеру, когда в 1708 г., в результате которого было разгромлено 35-тысячное ханское войско из Крыма, во много раз по своим масштабам превышавшее адыгское войско, которого всего на всего было 10 тыс. бжедугов и чуть меньше шапсугских дворян. И насчёт названия Бзеюкской битвы. Это никак не Бжедугская, а Бзеюкская. И насчёт бжедугов, было сказано, что бжедуги относятся к бжедугской языковой группе. Такой группы в природе не существует. Имеется, если говорить о бжедугах, это субэтническая группа западных адыгов.

Ну теперь, думаю, можно переходить к прямой нашей теме. Сразу хочу сказать, невозможно, будучи нормальным человеком, без ущерба для нервной системы развивать всю вакханалию абсурда, пышным цветом расцветшую на поле более 350 с. работы Кипкеевой. Поэтому хотелось бы ограничиться рассмотрением только двух основных положений к утверждению которых, если не в науке, то, по крайней мере, в маргинальных кругах, направлены всё ухищрения автора.

В целом можно считать, что воззрения Кипкеевой по вопросу, относящимся к политическому статусу Кабарды и Карачая, носят курьёзный характер. При ознакомлении с работой, становится ясно, что для неё особую важность приобретают вопросы, связанные с политическими статусом Кабарды. Это связано с тем, что, не лишив феодальную Кабарду тех военно-политических преимуществ, которыми она обладала на протяжении столетий, сложно было бы выстроить миф о независимости Карачая, разглагольствования о которой красной нитью проходят. Для этого она утверждает, что Кабарда до 1739 г. входила в состав Крымского ханства [Это утверждение не З.Б.Кипкеевой, а данные русской историографии. См.:- В.А.Потто Кавказская война, Ставрополь, «Кавказский край», 1994 г., т. 2 с. 327:- («...после мира 1739 года, по которому Черкесия вошла в состав Турецкой империи.»)]. В кавказоведении в целом известно, что это было не так, и не требует дополнительного обоснования. Противоречия такого исторической действительности очевидно, однако в связи с сомнениями Кипкеевой, хочется обратить её внимание на одно обстоятельство. Только за первую треть XVIII в. якобы подданные Бахчисарая пленили крымских татар 5 раз: в 1708, 1711, 1721, 1729 и 1731 годах. Во всех этих сражениях численность татарских войск составляла десятки тысяч. Есть данные, что до 80 тысяч, но будем ориентироваться на минимальные цифры – 30 тысяч в 1729 г., а в 1731 г. – до 200 тысяч, совершенно фантастическая цифра. Это данные российской военной администрации, которая находилась в Терках. В связи с этим хотелось бы задать вопрос, может ли Зарема Борисовна представить хоть один прецедент такой доблестной защиты своей свободы и независимости Карачаем от кабардинских феодалов?

И последнее, если даже допустим, зафиксированные в своё время немецкими учёным, развивая мысль о независимости карачаевцев, мысль о Клапрота в 1809 г., влияние статуса карачаевцев, который заключался в том, что они очень послушны и относятся с большой почтительностью к своим владыкам – кабардинскими князьям. Это цитата. Если окажется ошибочным запись и тезис 1828 г., что карачаевцы считали давно установившимися свои выплаты и дани кабардинским владыкам, то чем объяснить содержание докладной записки человека, который фигурирует в СМИ КЧР как карачаевец №1, т.е. это товарищ Умар Алиев, партиец начала XX в: кабардинцы, как народ, принадлежавший издревле к сильному адыгейскому племени, подчинили себе много горских племён и в том числе и карачаевцев. Кабардинские князья в течение нескольких веков эксплуатировали и угнетали подчинённые им племена разными податями, данью, что тяжёлым бременем ложилось на эти племена.

Они даже использовали для своих забав часть женщин подвластных им племён для надобности в любой момент, не разбирая жен от дочерей, рабынь от женщин свободных сословий. Они эксплуатировали часть понравившихся им женщин, забирая их в своё гарем на время. Применялось это только по отношению к карачаевцам. [В Карачае же бытовала иная постановка вопроса: «Къабартыда тос къатыны болмагъан – Къарачайда эркишиге саналмаз». Перевод: «Кто не имеет в Кабарде любовницу – в Карачае не считается мужчиной». В Карачае даже крымскому хану не удалось надругаться над честью карачаевки, об этом песня «Ачемез» - хан был убит Ачемезом, простым воином за попытку обесчестить его жену. Выкладки о дани, якобы выплачиваемой Кабарде Карачаем, такая же ложь: нет ни одного исторического документа, кроме славословья самих кабардинцев и повторяющих за ними их версии подвластных им публицистов, которые старались придерживаться екатерининской линии «объявить кабардинцев своими подданными, а соседние им народы – карачаевцев, балкарцев, чеченцев, ингушей, осетин и др. – подданными Кабарды, чтобы в борьбе с Османской Турцией легитимировать свои претензии на весь Кавказ. Это и развенчано в работах З.Б. Кипкеевой, чем и объясняется грубая агрессивность к ней кабардинских «историков». См. «Рескрипт Екатерины II от 3.11.1769 г. генерал-майору де Медему по кабардинским и кубанским делам» в кн. «Документальная история образования многонационального государства Российского», «Россия и Северный Кавказ в XVI –XIX веках»,М., из-во Норма, Merissa Trading & Development Ltd., книга первая, с. 178-188.] Думается, дальше нет смысла продолжать. Так вот из вышеприведённого в действительности, историческая картина была прямо противоположная, чем пытается показать уважаемая Зарема Борисовна.

Наряду с вопросом о статусе, смысловым центром повествования которой является попытка пересмотра границы расселения карачаевцев в период присоединения в Российской империи. И здесь высвечивается вся смехотворность и жалось потуг уважаемой Заремы Борисовны. Во 2 параграфе 3 главы монографии, ссылаясь якобы на работу Волковой, утверждается, что до русско-турецкой войны 1768-1774 г. поселений ногайцев, абазин и кабардинцев в Пятигорье не существовало. Мало того, что это является извращением слов Волковой, где подобного вообще нет, госпожа Кипкеева, понимая лживость своих слов, обратилась за подтверждением к некому Фоменко. Называя анализ работы этого человека, хочется отметить, только заметить, что этот историк до сих пор не знает, что века в исторических работах указываются, обозначаются не арабскими, а римскими цифрами. Чтобы избежать обвинения в голословности, скажу: в 1745 г. верховный князь Асламбек Кайтукин, находясь в районе Пятигорья, сказал прибывшему к нему русскому посланнику, что эта территория является «старинным дедовскими местом».

Далее хочется отметить, что Зарема Борисовна ссылается на работы, например, Лайпанова, который сам не ссылается ни на что, утверждает, что в районе Пятигорья у рек Юцы, Кумы, Малки находились карачаевские села. Как я говорил, ни в каких источниках это не подтверждается.

И в завершении хочется отметить, относительно того, карачаевцы или кабардинцы имели приоритет на данной территории. Хочу указать на аутентичный исторический документ из АВПР. В 1753 г. Кабарду часто посещал российский майор Иван Барковский с разведовательными целями. И был вполне в курсе происходивших событий и процессов. Он писал, что упомянутые скотские и конские места разделены между двумя группировками: от верховий Кубани до вершин Курпа владеет Магомет Коргокин, от Кумы до вершин Малки владеет Джамбулат Кайтукин со своей фамилией, от Малки до Баксана князь Мисост с фамилией. На фоне вышеприведённого документа особо остро проявляется абсурдность очередной претенциозной сентенции госпожи Кипкеевой, что Карачай занимал верховья Кумы, Малки, Кубани, Зеленчуков и Большой Лабы. Пожалуйста, докажите!

Очередным симптомом умственного расстройства стало обвинение Екатерины II в дезинформации и, конечно, в ущерб, карачаевцам. Екатерина II в переписке с Вольтером вполне справедливо указала, что Кубань протекает через Кабарду. Но такое утверждение русской императрицы разрушает с таким трудом возведённую конструкцию Заремы Борисовны и в результате Екатерина обвинена в манипуляциях в своих целях.

 

Председатель: Всё? Вы закончили? Спасибо, садитесь. Пожалуйста, молодой человек. Представьтесь.

Ашхоев Рубен, младший научный сотрудник ИГИ правительства КБР, г. Нальчик: Уважаемый председатель, уважаемые члены Диссертационного совета, уважаемые присутствующие. К нашему вниманию вынесена защита диссертации Заремы Борисовны Кипкеевой и хочется сказать в связи с этим, что в течение многих лет научную общественность шокируют её публикации. Хочу обратить внимание на одну из последних книг этого автора «Народы Северо-Западного и Центрального Кавказа: миграции и расселение (60-е годы XVIII в. –60-е годы XIX в.». Неудачно завуалированный националистический и мифотворческимй дух этого сочинения позволяет поставить её в один ряд с шовинистическими публикациями Будая, Будаева, Байрамкулова, Байрамукова, Лайпанова и др., значительную часть которых не удаётся даже идентифицировать. Основные признаки научных работ в них попросту отсутствуют.

Главная исследовательская установка является откровенно тенденциозный подход очернения прошлого, основанное на формуле: очернение других, чтобы возвысить себя. При этом имеет место не только игнорирование научных методов исследования, но и пренебрежение элементарными требованиями научной этики. Судя по всему научных целей Кипкеева в этой книге и не ставила. Достаточно отметить, что в книге объёмом 360 с. нами обнаружены 450 сносок, несоответствующие данным источников. Понятно, что таких несоответствий значительно больше. В унисон стоит тенденциозным установкам такие термины и слова. Как «издревле», «богатые», «зажиточные» применительно исключительно к карачаевцам и балкарцам. Остальные народы представлены в работе в качестве «не имеющих постоянного местожительства», «бедных», «покорных», «ведущих хищнических образ жизни». Через всю книгу красной нитью проходит вопрос о подвижности населения Северо-Западного и Центрального Кавказа. И только в отношении карачаево-балкарцев используются слова «исконная», «древняя» земля. Все остальные народы рассматриваются, в основном, как «беглые». Это анахронизм, который был изжит из историографии на рубеже XIX-XX веков. Т.е. народа – жившие на чужой земле кочевники. В большинстве случаев это земля карачаевцев, где по мнению Кипкеевой, сформировалось самое многонациональное население в регионе.

Как было уже сказано, во 2 параграфе 1 главы она ссылается на Волкову и утверждает, что в Пятигорье не было ногайских, абазинских и кабардинский сел до конца XVIII в. На самом деле Волкова утверждает обратное. Кроме того, она в своей работе достаточно часто пишет о несуществующих в природе субъектах России: «народа современного Карачая», «народы современной Балкарии». Что является с академической точки зрения некорректным. Впрочем, хочется сказать, что реалии социально-экономических отношений народов Северного Кавказа двухвековой давности никоим образом не определяют современных статусов. Проблема иерархических отношений различных этно-политических образований в доколониальный период имеют исключительно академический интерес. Но только не для Кипкеевой, которая, как и многие другие авторы, упорно отрицают очевидное.

О тенденциозных взглядах Кипкеевой нами подготовлена официальная статья, которая будет опубликована в научных сборниках и журналах. Вообще все известные нам работы Кипкеевой написаны в том же духе с целью фальсифицировать историю народов Северного Кавказа. Судя по автореферату, точно так же она подходит и к докторской диссертации. Перед нами «творчество», которое является не только неудачным мифотворчеством, но и прежде всего, злостным, сознательным и планомерным искажением исторической реальности, направленным на обострение межнациональных отношений на Северном Кавказе.

Поймите меня правильно, целью нашего визита является осведомление научной общественности о нарастающей деструктивной тенденции намеренной, провокационной и целенаправленной фальсификации истории своего и соседних народов, и постановка вопроса о необходимости дать заслон этому процессу. Этот вопрос неоднократно становился предметом специального исследования со стороны нейтральных именитых учёных, в частности «Быть аланами» Шнирельмана, брошюра Куценко «Правда и кривда» и др.

Надо иметь ввиду, что продолжение такой тенденции не только, откровенно говоря, девальвирует историю как науку, но создаёт почву для расшатывания и без того неустойчивого равновесия межэтнических отношений на Северном Кавказе. Ведь такими фальсифицированными работами будет формироваться самосознание и мировоззрение подрастающего поколения. Следует учесть, что в контексте тотального наступления информационной стратегии техногенной цивилизации в обществе именно информационное пространство становится главным фактором содержания устойчивого равновесия в таком полиэтническом регионе как Северный Кавказ.

Результаты сегодняшнего голосования могут дать ответ: могут ли исторические ученые поставить заслон лженауке. Поймите нас правильно, мы вынуждены направить свои возражения в ВАК, обстоятельно разъяснив свою позицию по поводу всех публикаций и докторской диссертации З. Б. Кипкеевой. Чтобы не быть голословным, приведу пример: она пишет, что военно-переселенческая политика России далеко не сводима к проблеме мухаджирства. На с.281 монографии она пишет о том, что это было только начало массовой эмиграции – вынужденной миграции в пределы Османской империи.

Что касается методологии. Общеизвестно, что она является фундаментом любой академической науки. Историография не должна сводиться к простому анонсированию существующих работ. Вот, достойное место в кавказоведении занимают только Фадеев, Невская, Гарданов, Чекменёв, Гадло, Ратушняк, Виноградов, Покровский, Бушуев, Лавров и др. Этим исчерпывается анализ этих книг. В работе не обозначен ни один существующий в науке методологических подходов. Если раньше исследователи вынуждены были следовать только формационному подходу, то сейчас, в основном, используют цивилизационный, междисциплинарный, комплексный, модернационный и др. подходы. Таких подходов в работе нет. Сначала надо обозначить не принципы, это в последнюю очередь. Сначала надо подход обозначить, затем специальные методы исследования, затем общенаучные методы исследования и как они были использованы по изучению конкретных вопросов по исследованной тематике. И затем перейти к принципам. Если раньше ученые исследовали принципу классового подхода, то сейчас следуют принципу объективности, системности и т.д. А здесь она говорит, что касается новизны темы, основные положения новизны состоят в том, что на основе новых методологических подходов впервые комплексно анализируется феномен массовых переселений, т.е. в работе не обозначены новые методологические подходы. Спасибо за внимание».

 

В качестве реплики и дружеского совета к молодым кабардинским «ученым» из ИГИ КБР

Чтобы не оставить кабардинских «ученых» без источника, предоставим «слово теперь самим адыгским ученым, чтобы комментарии к из выступлениям со стороны карачаевца не носили заинтересованный характер. Источник: См.: -А.Х.Шеуджен, Г.А.Галкин, Н.Е.Алешин, А.А.Кушу, Б.Е. Шеуджен. Земля Адыгов, Майкоп, 1996 г., в аннотации которого говорится, что «книга представляет собой своеобразный «путеводитель» по истории заселения Земли адыгов... в строго документальной основе изложены узловые моменты расселения и миграции адыгских племен» и т.д.

Отметим только такой же противоречивый характер этого громадного тома в 750 страниц, изданного под патронажем Президента Адыгеи. Вообще эта книга весьма любопытна: прослеживается обостренное внимание адыгских авторов ко всему своему и родному. Что называется, метиться территория. Одновременно, нельзя же общедоступные исторические источники исказить по принципу угодности для себя? Потому в ней много фактического материала, эклектика которого, однако позволяет им заявить, что «территория Кавказа наполовину адыгская...» Как говорится, и на том – спасибо, что всем остальным народам хотя бы оставили половину земель Кавказа!

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что, начиная со времен Аттилы, адыги, отвлекаясь иногда на оборону от русских или на набеги на казачьи станицы и русские хутора, все остальное время сражаются, так или иначе, с тюрко-язычными народами и войсками. Наверно, последнее замечание позволит адыгской молодежи по достоинству оценить наше «боевое содружество» на протяжении многих веков и умиротворит рвущихся ныне в «набеги» на соседей по обитанию на этой грешной земле, в пределах которой прошли бесчисленные племена и народы... и канули в Лету. Такое отношение к историческому времени поможет выработать историзм в их мышлении, чтобы реальность нынешнего расселения и соседского проживания вызывала только адекватные ассоциации и...толерантное поведение. Но поскольку солидный этот том составили сами адыги, мы здесь укажем только страницы, в текстах которых они найдут ответы на вопросы, которые они тщились поставить З.Б.Кипкеевой и ученому Совету. Настоятельно рекомендуем прочитать и освоить: стр. 26-30, 34,35,37,38-40,42-44, 45-57,58-66, 72-74, 100-111, 384-386,424-435. А лучше всю книгу!

 

Ответ кабардинским «ученым» профессора Виноградова (из стенограммы):

Председатель: Спасибо, садитесь. Пожалуйста, доктор исторических наук Борис Витальевич Виноградов.

Виноградов Б.В.: Уважаемые коллеги! Для начала мне минут на 20 показалось, что изобрели машину времени и перенеслись мы этак на 17 лет назад, в город Грозный, где именно такая тональность являлась нормой для местных круглых столов, где потенциальные, а в последствии реальные сторонники Джохара Дудаева и иже с ними, с такой же уверенностью излагали свои мысли, а в отношении своих оппонентов применяли такие сентенции как «лживость», «абсурд», «курьёз», «смехотворчество», «жалость потуг», «с целью фальсифицировать историю»... Я очень надеюсь, что когда эти молодые люди напишут свои диссертации, у них будет все в абсолютном порядке с методологией, с принципами научного познания и прочее. А мы тогда полюбопытствуем на всё это и тоже дадим им рекомендации, но, клянусь вам, дорогие товарищи, не в таком тоне, в котором вы себе позволяете это делать. И даже сначала не к диссертанту, а к официальным оппонентам. Мы живём на Кавказе, и по кавказским меркам, вы, господа, дурно воспитаны и даже не задумываетесь об этом.

А теперь по существу. Конечно же, взаимоотношения феодальной Кабарды с сопредельными и несопредельными кавказскими народами достаточно сложны. Мы не будем спорить, что из северокавказских народов кабардинский народ на протяжении XVIII - начала XIX в. был наиболее социально-политически развитым и, между прочим, наиболее военно активным. Это естественно. Понимаете ли, когда дебатируется вопрос независимости или не независимости Карачая, это весьма дискуссионная проблема. Хотя бы потому, как складывались де-факто взаимоотношения между Кабардой и Карачаем. На основе какого-то правового урегулирования или по праву сильного? А здесь я с вами спорить не стану. Кабарда была сильнее. И считается на Северном Кавказе только кабардинцы могли, в отличии, допустим, от осетин, стрелять, на скаку перезаряжая ружьё, здесь никто спорить не будет.

Но не получили ли мы здесь пример такой рудиментарный? Как некоторые молодые кабардинские историки пытаются доминировать над исторической наукой? В данном случае – собравшейся здесь, а может быть и вообще?

Я уважаю боевой опыт кабардинского народа, когда кабардинцев доставали, действительно, крымские войска. Это славные страницы истории кабардинского народа. Только почему-то тогда на протяжении целого ряда десятилетий к России кабардинские феодалы обращались за помощью и от крымцев, и от турок, и от кумыков? Что совершенно не было упомянуто уважаемыми, не побоюсь сказать, оппонентами. Оппонентами всех. Не только диссертанта, не только оппонентов, но, я думаю, и всех собравшихся. Знаете, история не математика, где дважды два всегда четыре, и то некоторые горячие головы пытаются доказать, что пять. Делают такой «парадокс». И много ещё предстоит нам всем поработать, чтобы выяснить характер взаимоотношений северокавказских народов между собой, между Россией и северокавказскими народами. Но если вы пытаетесь упрекать Зарему Борисовну во всех смертных грехах, наверное, исходя из презумпции собственной непогрешимости, то тогда и будем иметь в виду, что для части кабардинских историков характерна как раз другая крайность, в отличие от З.Б. Кипкеевой: во всех сложностях местной северокавказской обстановки с упорством, достойным лучшего применения, упрекать российскую сторону.

Не поэтому ли противоречию вы, уважаемые господа, сегодня так предельно агрессивно настроены?

Вы, конечно, имеете право и писать, и прочее, но имейте в виду, молодые люди, если в ВАКе в ваших экзерсисах будут смотреть эпитеты : «лживость», «надуманность», «курьёз», «абсурд», «с целью фальсифицировать» и т.д., вы не будете выглядеть учеными и исследователями. Вы будете выглядеть, извините, за такое слово русское «охламонами», а переводится оно с греческого как «человек толпы». Т.е. вы сюда привнесли ту тональность, которая здесь совсем неуместна, просто не туда попали.

А что касается достоинств и недостатков диссертации Заремы Борисовны Кипкеевой, хотя бы потому, что вы, представители кабардинской исторической науки, не соглашаетесь с ней, значит, она открывает новые горизонты в российском кавказоведении. Только я почему – то уверен, что более маститые кабардинские историки, даже если бы не соглашались с отдельными позициями этой работы, делали бы это совершенно иначе и, между прочим, вряд ли бы вы заслужили их похвалу.

Итожа своё выступление, считаю, что докторская диссертация Заремы Борисовны Кипкеевой по целому ряду совокупностей соответствует требованиям ВАК, предъявляемым к работам подобного уровня, и сама Зарема Борисовна вполне заслуживает присуждения ей искомой научной степени доктора исторических наук по специальности 07.00.02. – Отечественная история».

 

В порядке заключения

Следует остановиться на военной составляющей кавказских народов и их истории. Отсутствие организованной сплоченной армии, в свою очередь, объясняемое отсутствием государственных институтов и центрального правителя - не может и не могло принести победу в войне и в отдельных сражениях разрозненным племенам адыгов, сколь бы не был ненавистен враг, сколь бы не велико было желание отстоять родину, свой очаг, свою жизнь. И аксиоматичность этого по отношению ко всем кавказским народам, особенно касается адыгов, которые, несмотря на «славное» толкование их истории современными их учеными, твердящими о мифической «Великой Черкесии», никогда не имели ни централизованного государства, ни очерченных его границ, ни тем более верховного своего Правителя, заменяя его «коллективным руководящим органом» под названием «князья Малой и Большой Кабарды». Напротив, например, у кумыков, аварцев, карачаевцев и ряда других народов Северного Кавказа имели место централизованные государственные образования: княжества, ханства, шамхальства, унцукульства и т.д. Аналогичная с адыгами ситуация у чеченцев и части дагестанских народов компенсировалась их кооптацией в состав Имамата Шамиля. Успехи армии Шамиля тому свидетельством: не будь жесткой иерархии в Имамате Шамиля, к тому же объединенной исламской идеологией газавата, харизматичной личностью шейха (Шамиль был главой накшбандийского тариката, обладал даром ясновидения, левитации, кстати говоря, на этой стороне личности Шамиля есть акцент только в зарубежной историографии, был открыт к внедрению нового оружия для горцев, например, артиллерии), ему бы не удалось ни на день удержать возле себя не только чеченцев, но и единокровных ему аварцев. К сожалению, героизм адыгов в отдельных стычках с регулярной русской армией, казаками и даже хорошо организованными калмыками и ногайцами на русской службе, приносил им только поражение. Поэтому-то сопротивление адыгов – это, прежде всего сопротивление отдельных племен и временных родо-племенных союзов адыгских родов, а не боевые действия армии с армией. С легкой руки Л.Н.Толстого, в литературу и российскую историографию вошло слово «набег». Набег отчаявшихся народных мстителей, кавказский вариант действий разрозненных «партизанских» племенных групп – вот, как в целом преподносит русская историография действия адыгов в той войне. Но разве дело современного исследователя заниматься тщетными поисками героического наследия в отчаянных действиях славных предков, защищавших себя и свои семьи? В трагедии? И это на фоне предательства своих князей и уорков, на фоне практики продажи в рабство соплеменников и т.п.? В просвещенной Европе, да и в самой России, среди офицеров российской армии, непосредственно участвовавших в «усмирении» горцев, отдельные героические поступки, удаль, безрассудство и мужество горцев Кавказа вызывали восхищение и заслуженное уважение. Антитезой этому было их резкое неприятие работорговли адыгами. Кстати говоря, З. Кипкеева с завидным упорством описала все образцы героического сопротивления и адыгов и других горских народов. Но это же не освобождало её от объективной трактовки сути отдельных сражений и набегов, которые вызывали организованный и жестокий ответ регулярных войск, оборачивающийся бедствием для адыгских племен? Это и проделано в её работе с возможной пунктуальностью. Ожидание от труда честного историка панегирик в адрес отдельного народа, который потрафит вкусам их поздних потомков – напрасно и не может входить в задачи настоящей науки. Да, локальная тема миграций народов Центрального и Северо-западного Кавказа на протяжении столетия – это только констатация исторической фактографии. Эта тема в свое время ускользнула от пристального взгляда отечественных историков. Она, З.Кипкеева, этот пробел восполнила. Да, каждый ученый субъективен в своих оценках, но поиск истины – движущая сила истории, как и всякой науки. Выяснение же, кто был сильней и в чём, поздние лавры для величия своего этноса, это не дело для научного работника. Северный Кавказ, с его многочисленными народами и языками, конгломерат отдельных горских обществ и племен, не имея предпосылок на создание централизованного государственного образования, связанный с нахождением отдельных из них в стадии родоплеменного строя и первичной феодализацией, как это было с адыгами, к тому же, раздираемыми внутренними противоречиями, не мог составить конкуренцию в военной области армии огромной империи. Причем, отстранись от Кавказа Россия - ее место с успехом бы заняли другие империи и государства. Именно эта дилемма заставляла верхушку адыгских племен постоянно менять приоритеты – следовали их обращения то к царю, то к султану, то хану, то к шаху с одинаковой просьбой защитить от русских, турков, крымцев, персов, при ослаблении или усилении одной из этих сторон. Причем, если одна из этих сторон не гарантировала привилегированное положение княжеской верхушки – она резко меняла позицию и обращалась pro contra – к противостоящей стороне. Не случайно современные адыгские исследователи этой ситуации сами осуждают верхушку адыгских племен и приводят в упомянутой работе поименный список адыгов-«предателей», прославившихся в сдаче интересов своих соплеменников. [А.Х.Шеуджен, Г.А.Галкин, Н.Е.Алешин, А.А.Кушу, Б.Е. Шеуджен. Земля Адыгов, Майкоп, 1996 г., с. 151-152 («Предатели ненавистны всем»).] Только, странное дело, этих же исследователей не смущает своя собственная дуалистическая позиция: то они с гордостью отмечают, например, Бековичей-Черкасских, получивших у русских княжеское достоинство и генеральские чины, когда празднуют «450-летие добровольного присоединения к России», то их же записывают в предатели, когда отмечают годовщину окончания Кавказской войны и говорят о геноциде черкесов. Не правда ли, что такая сумятица в головах ныне живущих адыгов – свидетельствует о двойственности, ставшей с той войны генетической аномалией, позволяющей менять акценты при оценке любых фактов и ситуаций «согласно генеральной линии», что, например, недоступно для других кавказоведов – дагестанцев, чеченцев, ингушей, карачаевцев. Последних эта дуалистичность адыгского племени не располагала к себе ни тогда, ни теперь. Именно за эту «способность» и упрекает «молодых кабардинцев» профессор Виноградов: «...тогда и будем иметь в виду, что для части кабардинских историков характерна как раз другая крайность, в отличие от З.Б. Кипкеевой: во всех сложностях местной северокавказской обстановки с упорством, достойным лучшего применения, упрекать российскую сторону». Историографические методики подхода к событиям Кавказской истории давно известны и общедоступны. Читай, изучай, открывай свои горизонты, но не погреши против истины - история уже славна тем, что мы пожинаем её плоды. Все наши корни, ответы на уроки прошлого и на проблемы Кавказа нынешнего – там, в наших истоках. Не усвоение их – чревато новыми осложнениями для судеб народов Кавказа и России. Истина в том, что мы все - её народ, со всеми нашими недостатками и «охломонством» в том числе... Ради прояснения этой истины мы пишем, выступаем, шумим, но должно быть свято для каждого из нас одно важное обстоятельство. Какой бы горькой не была истина – честный историк, писатель – должен писать и показывать правду. При этом, не рубить сгоряча, не изменять толерантности и приличиям добрососедства и совместного общежития. Не до лукавства, когда именно отсутствие этой толерантности чуть не погубило все наше Отечество... Мы только-только отошли от края пропасти, и, дай-то, Бог, не наступить на пресловутые грабли повторно!

Признаться, сама З.Б. Кипкеева, категорически возражала против какого-либо ответа действиям кабардинских «ученых» (а они только действия и сопровождающие их эмоции!), но подумалось, ведь не удержался и маститый профессор Виноградов... что нельзя не реагировать на «охломонство» в науке, на привнесение в научную среду какой бы то не было политики и сомнительной идеологии. Но, отвечая на «охломонство», вдруг обнаруживаешь, что носителей этого «охломонства» можно урезонить только их же методами и словами, хотя они, эти слова в ответ, вызывают горькие чувства, но иначе – молчание только раззадоривает их. И потом, З.Б. Кипкеева, мужественно выдержавшая в качестве диссертанта недостойный пасквиль и в свой и в адрес родного народа от людей, мягко говоря, чьи имена ничего не говорят для ученого мира, в силу своего публичного статуса - не частное лицо, и карачаевский народ – не объект публичного глумления над его историей, национальным достоинством. Более того, нанесено оскорбление научному сообществу. Потому-то, отвечая на этот «набег» молодых кабардинских «ученых», вынужден у читающей публики заранее попросить прощения за сильные слова и жесткие оценки их выступлению. Меня извиняет не только чувство справедливости по отношению к кропотливому труду ученой-горянки, но углубляющаяся проблема кризиса экологии духа в научной среде, в особенности, в сфере гуманитарных дисциплин. Проходить мимо, когда экологическое равновесие грубо нарушается – не дело ученого, да и просто объективного человека. Собственно, об этом и речь. Историю надо знать, фактографировать и аргументировать, но к ней, истории, нужно относиться – исторически. Но никак как к идеологическому оружию, ведь, как сегодня очевидно, мы возвращаемся сегодня к трудам только тех историков и ученых советского времени, которые и тогда сумели уйти в своих работах от самодовлеющей, борющейся со всем миром, идеологии... И, наверно, уже пора определиться, что можно говорить и писать в многонациональной и многоконфессиональной стране, нашей общей стране, а в южном ее округе – с возможной осторожностью и тактом. Только это продуктивно и перспективно. Возражать, доказывать на основе фактографии и источников – пожалуйста, но не путем огульной фразеологии и оскорбительных «набегов». Да, есть у всех те, кого сами же серьезные ученые сторон относят к маргиналам, но нет, и не может быть на них ссылок в серьезных работах. И, по всей видимости, как отметил в своем выступлении профессор Б.В.Виноградов, «много ещё предстоит нам всем поработать, чтобы выяснить характер взаимоотношений северокавказских народов между собой, между Россией и северокавказскими народами», а от себя добавим: назрела настоятельная необходимость, расставляющая все точки над i , во взаимоотношениях Карачая и Кабарды (адыгов), других кавказских народов, России с ними, на основании фактов и документов. С параллельной публикацией оригиналов документов. При этом квалифицированно оценивая объективные и ангажированные, подлинные и фальшивые. Это надо сделать, процитируем снова Б.Ф. Виноградова, «хотя бы потому, как складывались де-факто взаимоотношения между Кабардой и Карачаем». В этой истории взаимоотношений есть и подлинно цивилизованные страницы, и братство, и куначество, и кровнородственные примеры, и продуктивное взаимовлияние. Есть откровенно враждебные, связанные, прежде всего, с разным историческим опытом народов, трагическими страницами их истории. Все их нужно исторически переосмыслить, если мы не хотим идти вперед с повернутой головой назад, в прошлое. Смысл истории в данном контексте, из философской дефиниции, будет определен как конкретно-историческая данность, опираясь на которую возможно строить новые гражданские взаимоотношения между народами одной страны, имеющими будущность и самоценность только при адекватности и правдивости. Безусловно, есть и будут всегда властные силы, толкающие ученых и не очень ученых людей к конфронтационной логике, к ура-патриотическому искажению и толкованию истории на потребу дня и ради политических преференций. Но, даже с учетом естественных чувств любви к своему народу представителя каждого этноса, не может быть оправдания лжи в реноме конкретного человека, тем более – публичного ученого, претендующего писать историю своего народа. Великий мыслитель эпохи просвещения Шарль Луи Монтескье не случайно писал: «Хорошо быть правдивым во всем, даже в том, что касается родины. Каждый гражданин обязан, если нужно, умереть за родину, но никого нельзя обязать лгать во имя родины». Но так ли понимают кредо объективных историков, на худой конец – интерпретаторов истории современные кабардинские ученые историки, что, как профессор Б.Ф. Виноградов по доброте душевной надеется, «более маститые кабардинские историки, даже если бы не соглашались с отдельными позициями этой работы (З.Б.Кипкеевой), делали бы это совершенно иначе и, между прочим, вряд ли бы вы (Ашхоев и Алоев) заслужили их похвалу»? Увы, как раз таки эти «маститые учителя» Ашхоева и Алоева, кабардинские историки тиражируют и трактуют откровенно сфальсифицированную кабардинскую версификацию боевой славы адыгов и Кавказа. Посудите сами: «В канун очередного Дня окончания Кавказской войны (21 мая 1864 г.) студенты КБГУ усиленно штудируют в числе прочих наук и историю родного края, написанную местным зав. кафедрой. Ритуал сдачи зачёта или экзамена давно определён: каждый студент вместе с зачёткой представляет экзаменатору его книгу, купленную за сотни рублей. Учёный муж убеждается, что шмуц-титул учебника чист, запечатлевает на нём свой автограф (один экземпляр – один визит) и приступает к испытаниям. А там – кому как повезёт. Беда в другом: студенты – народ любознательный, и других авторов почитывают. А у них о том же самом совсем другая информация. Где научная ложь, где суровая правда? Поди разберись. Особенно сейчас, когда одни кичатся вековой бескомпромиссной войной могучей Кабарды против России. Другие не устают твердить, что Кабарда 450 лет верна своему российскому подданству. Третьи и вовсе доказывают, что империя Кабарда некогда на равных заключила военно-политический союз с Московским княжеством, скрепила его династическим браком и только и делала, что защищала Россию от всяких супостатов. Упоминание в начале статьи о Кавказской войне не случайное. С давних пор политика кабардинской властной элиты не претерпела больших изменений. По-прежнему ставка на убеждение сильных мира сего, что Кабарда – мощная (!) и послушная (?) опора, а другие всякие там племена – строптивые и потому ненадёжные. Это – политика вовне, для России и других стран. Внутренняя же политика – возвеличивание своего этноса над другими на базе легенд и предположений. И яркий пример тому – история Кавказской войны в трудах нынешних кабардинских учёных. Профессор К.Унежев в вузовском учебнике «История Кабарды и Балкарии», изданном и переизданном с помощью президента КБР А.Канокова и председателя Парламента КБР И.Бечелова, пишет буквально следующее: «Россия начала эту войну фактически с завоевания Кабарды, и это не случайно. Россия знала, что решив проблемы с Кабардой, т.е. завоевав её, сможет остальные народы Кавказа автоматически включить в состав империи.» (стр.202). «Кабардинцы оказывали русским войскам упорное сопротивление и нередко переходили в наступление...» (стр.205). «Кровопролитные сражения между Кабардой и русскими войсками произошли в 1778 г...Всенародные антиколониальные выступления произошли в Кабарде в 1794 и 1799 г.г. В сражении Кабарды с русскими войсками, которое произошло в 1794 г., принимали участие все слои кабардинского общества» (стр.206). «Одно из крупных сражений между кабардинскими и русскими войсками произошло в 1804 г.» (стр.207). «В 1822 и 1825 гг. в Кабарде произошли крупные сражения между кабардинскими и царскими войсками»...В результате военных действий на территории Кабарды численность её населения сократилась в 10 раз, и к 1834 г. осталось только 35 тыс.чел. (стр.215). «Россия не только завоёвывала Кабарду и весь Северный Кавказ военными способами, но и параллельно вводила в крае русские органы власти и судопроизводства. К 20-м годам ХIХ в. Кабарда потеряла свою политическую, экономическую и культурную самостоятельность. Кабардинцы часто сами переходили в контрнаступление и наносили мощные удары царским войскам. Разрушали русские населённые пункты, захватывали людей в плен. В этот период был организован ряд крупных нападений кабардинцев на военные крепости и станицы.» (стр.219). «Кабарда продолжала народно-освободительную борьбу вплоть до 40-х годов того же века» (стр.222). Такая, мягко говоря, «нелюбовь» к русским вбивается в сознание народа накануне празднования 450-летия «добровольного присоединения Кабарды к России». Именно нынешние кабардинские историки пропагандируют и другую трактовку: Феодальная империя Кабарда в 1557г. не просилась в Московию, а заключила союз. Кабарда спасла Петра I от поражения в Полтавской битве, разгромив 50-тысячное крымское войско – союзника шведов. Сын Темрюка был кандидатом на русский престол, первым боярином и создателем опричнины, а Сунчалей – первым генералиссимусом России и т.п. (См. труды Б. Бгажнокова, Х. Думанова, А.Борова, В. Кажарова и др.). Подобное возвеличивание тешит самолюбие, но далеко от истины. А вот что пишет участник Кавказской войны, полковник генштаба Русской армии Семён Эсадзе в своей работе «Покорение Западного Кавказа и окончание Кавказской войны» (изд.»Меоты»,Майкоп,1993 г.) в которой Кабарда выступает совсем в другом свете: «23 сентября (1850 г.) Цесаревич принимал князей, старшин и почётных жителей Кабарды, Карачая и других соседних племён; от имени Государя он передал им благодарность за их верную и честную службу России» (стр.67). «Это был летучий авангард, высланный для набега на один из значительнейших шапсугских аулов; за авангардом в виде резерва, держались поодаль три батальона пехоты с артиллерией. Они, известные в летописи Кавказской войны охотники Кабардинского полка, следовали непосредственно с кавалерией и не отставали от неё» (стр.72).»Мы вскочили в аул и, к общей досаде, сразу наткнулись на заборы. Казаки спешились, разметали их и неслись по улицам всё дальше и дальше. В это время с другой стороны ворвались кабардинские охотники, и аул Сухунояк зажжён был разом со всех четырёх сторон» (стр.73). «Для охранения лагеря оставался один батальон Кабардинского полка со своей охотничьей командой в числе 70 чел...В это время от р.Белой показались до 1700 чел. горцев. Как казаки, так и Кабардинская охотничья команда очутились в крайне опасном положении, хотя в это время к охотникам присоединились ещё 90 чел. Кабардинского же полка под командой поручика Ничо...Горцы там уже окружили казаков со всех сторон, но охотники бросились в шашки и дали возможность казакам в порядке отступить...Приняв это отступление за упадок мужества, горцы в числе 500 чел. с гиком ринулись в шашки. К счастью Кабардинцев, они в это время находились у одного из дворов, обнесённого частоколом, и это препятствие немного задержало горцев и ослабило удар. Пользуясь этим, кабардинцы, отстреливаясь и отбиваясь, в рассыпную пробрались через аул.» (стр.86-87). «19 февраля 1864 г. в укрепление Гойтх прибыл князь Евдокимов и с ним Кабардинский стрелковый батальон, 1-й дивизион Тверского драгунского полка, три сотни 6-й бригады Кубанского казачьего войска, две сотни Кабардинской милиции» (стр.100). «Майор Щелкачёв с кабардинцами одновременно атаковал горцев справа. Аул был взят. Черкесы собрались наверху за завалами, и открыли оттуда частый огонь. Севастопольские стрелки, не останавливаясь ни минуты, полезли наверх, на завалы. Горцы гикали, порывались броситься в шашки делали залп за залпом. Как только стрелки поднялись, черкесы не выдержали и обратились в бегство. Севастопольцы и Кабардинцы бросились вслед.» (стр.105). «За покорение Западного Кавказа последовал целый ряд милостей... Четырём стрелковым ротам Кабардинского полка в числе других были пожалованы Георгиевские серебряные рожки с надписью: «За отличие при покорении Кавказа в 1864 г.» (стр.115), «Гренадерские бои (поход за военное отличие – Кабардинскому пехотному полку)» (стр.116). Храбрость и отвагу кабардинцев подтверждает и наш современник – кандидат исторических наук А.Казаков, специалист по наградам и званиям царской России:

- Султан Сахат-Гирей, полковник, награждён орденом Св.Владимира 4-й ст. с бан-том,06.04.1847 г. «за отличие в делах против горцев – абадзехов и шапсугов»; Абдрахманов Фица Жантемирович, генерал-майор, награждён двумя орденами Св.Анны 2-й ст. с мечами 28.06.1858 г. и с императорской короной и мечами 16.01.1859 г., золотой шпагой 04.05.1863 г. и орденом Св.Владимира 3-й ст. с мечами 21.08.1864 г. «за отличие в делах против непокорных горцев»; Астемиров Эдык Гудабердович, майор, орденом Св.Владимира 4-й ст. с бантом 03.08.1848 г., орденом Св.Анны 2-й ст. с мечами 13.10.1863 г.; Бегидов Адильгерий, генерал-майор, награждён орденом Св.Анны 2-й ст., алмазами украшенным орденом Св.Владимира 3-й ст. с бантом; Тяжгов Магомет, подполковник, награждён орденом Св.Владимира 4-й ст. с мечами и бантом 23.09.1848 г., орденом Св.Анны 2-й ст. с мечами 28.10.1852 г., Св.Анны 3-й ст. с бантом 29.01.1848 г. и десятки др. Но как тогда понять готовящего учителей истории в КБГУ профессора К.Унежева, утверждающего на стр. 231-232 своего учебника буквально следующее; «Осенью 1853 г. русские проводили широким фронтом карательные экспедиции против адыгов. Кровопролитное сражение произошло между адыгами и русскими войсками под предводительством генерала Евдокимова 24 октября 1853 г. около аула Нижний Габукай... В 1855-1857 гг. адыги провели несколько боевых операций против русских войск, в итоге уничтожено много живой силы русских; адыги овладели несколькими их военными укреплениями, отняли артиллерию и много боевых запасов. В 1857 г. освободительное движение охватило все адыгские общества. Против русских сражались не только абадзехи, шапсуги, натухайцы, но и егерухайцы, темиргоевцы, бжедуги и к а б а р д и н ц ы». Последние явно не вписываются в этот список. Кабардинцы не сражались против русских, во всяком случае Кабардинский стрелковый полк и сотни Кабардинской милиции, находившиеся под командой того же генерала Евдокимова. История – не конспект курсовой работы, которую можно переписать. Кабардинцы вместе с русскими войсками уничтожали своих соплеменников – тех самых черкесов, шапсугов, бжедугов, натухайцев, абадзехов и др. И делали это с отвагой и рвением, отмеченными русскими орденами, воинскими званиями и пр. В то время, когда адыги и черкесы проявляли непокорность, отстаивая свою свободу и независимость, (качества, восхищавшие даже врага), кабардинская депутация в 1836 г. приехала во Владикавказ, чтобы щедро одарить императора Николая I, в том числе прекрасным конём. Весной 1844 г. кабардинцам было пожаловано Высочайшей грамотой Знамя за «постоянное усердие, преданность и всегдашнюю готовность к поднятию оружия противу враждебных горцев». В 1846 г. при походе Шамиля в Кабарду русским войскам помогла кабардинская милиция и Шамиль принужден был поспешно удалиться в Чечню. (В.Кудашев, Исторические сведения о кабардинском народе. Киев,1913 г.) Не потому ли завершение Кавказской войны и вызванный ею исход кавказских горцев в Турцию практически не коснулся кабардинцев. По сведениям секретаря Кубанского Статистического комитета Е.Фелицина (Сборник сведений о кавказских горцах. Тбилиси, Том IХ) по окончании войны в течение 13 лет в Турцию переселилось: адыгов – 11417 чел., абазин, абхазов, убыхов – 9747 чел., карачаевцев – 18468 чел., балкарцев, ногайцев, кумыков и татар – 5226 чел. Относительно кабардинцев в Энциклопедии Брокгауза и Эфрона сказано, что среди народностей Кавказа кабардинцы – самая многочисленная и единственная, не задетая по окончании Кавказских войн выселением черкесов в Турцию. (стр.780) Если учесть, что по данным И. Бларамберга к середине 30-х годов Х1Хв. насчитывалось 200000 шапсугов, 160000 абадзехов, 60000 натухаевцев, а кабардинцев и карачаево-балкарцев – по 30000 чел., надо отдать должное прозорливости кабардинских князей, сумевших сохранить и приумножить свой народ под защитой российской военной мощи. Даже если пришлось воевать против своих братьев. Нетрудно понять, какое же отношение имеют кабардинцы в таком случае к трагедии племён адыгов и черкесов, большей частью погибших в боях за свою свободу, а остальной – вынужденных покинуть родные места. Но у наших унежевых другое видение. Им бы ещё хоть толику достоверности и логики. Увы...» (Из аналитической записки Центра информации «Совета Старейшин Балкарского народа КБР «О РОЛИ КАБАРДЫ В КАВКАЗСКОЙ ВОЙНЕ» (Откровения историков и современников).

Увы, именно на таких учебниках «истории Кавказа» растут молодые научные сотрудники ИГИ при Правительстве КБР. Отсюда и неадекватность их мироощущения. Как пел незабвенный Булат Шалвович Окуджава: «Каждый пишет – что он слышит...» А судить-то нам, современникам, чтобы хотя бы потомки могли жить в нашей, а не в этой стране. По достоинству и чести. Может, именно и только в этом и смысл истории?!.

Декабрь 2007 – Февраль 2008 г.